Никаких запретов

Эва насторожилась. Майкл мог сделать ей только одно деловое предложение, а после того, что случилось прошлой ночью, в этом нет ничего удивительного. Он наверняка все обдумал этим утром и решил, что Эве пора уехать.

Она покачала головой:

– Мне кажется, не стоит расплачиваться со мной, пока мы не поговорим с твоим братом…

– Мы не поговорим с Рейфом, с ним буду говорить я один, – резко ответил он, вставая со стула, – и я не собираюсь, как ты говоришь, расплачиваться с тобой до тех пор, пока мы не установим отцовство Рейфа!

Краска залила лицо Эвы, Майкл по-прежнему ей не верил; Рейчел могла быть кем угодно – инфантильной, безответственной и тем и другим сразу, – но она уж точно не была лгуньей.

– Я сама поговорю с твоим братом…

– Этому не бывать, – сурово ответил Майкл.

В его голосе звучала непоколебимая уверенность, чему Эва очень удивилась.

– Ты, Майкл, может быть, человек богатый и влиятельный, но если я захочу поговорить с твоим братом, а я этого очень хочу, то даже ты не сможешь мне помешать, – непреклонно добавила она.

– Богатство и влияние тут ни при чем, Эва. – Майкл тяжело вздохнул. – Тебе не кажется, что для Нины, жены Рейфа, будет намного лучше, если с ним поговорю я? С глазу на глаз, – мягко добавил он.

Эва покраснела еще гуще, услышав легкий упрек в его словах.

– Если бы я хотела навредить жене Рейфа, я бы уже это сделала. Но я согласилась дождаться их возвращения из свадебного путешествия.

Да, согласилась, но лишь потому, что Майкл попросил ее об этом.

– Я всего лишь хочу узнать правду, – тихо добавила Эва.

– Я тоже, – Майкл кивнул, – и, как мне кажется, будет наиболее благоразумно, если с Рейфом поговорю именно я.

Тем не менее Майкл совершенно не представлял себе, как он заговорит о Рейчел Фостер со своим братом, а тем более – расскажет, что тот может оказаться отцом двоих детей!

До встречи с Ниной Рейф не пропускал ни одной юбки, но он уж точно не был настолько безрассудным, чтобы не предохраняться.

Рейф был как никогда счастлив с тех пор, как Нина появилась в его жизни, и при мысли о том, что Эва может разрушить их счастье своими обвинениями, Майклу стало нехорошо.

В то же время он прекрасно понимал Эву.