Никаких запретов

Ей бы сейчас совсем не повредил секс…

Хотя Майкл был больше чем уверен, что Эву совершенно не волновало, что он себе думал, даже если речь шла о нескольких часах непрерывного сна или о том, чтобы кто-нибудь посидел с детьми вместо нее.

Майкл прекрасно знал, что дети просыпались дважды за ночь, и он даже подумывал пойти и успокоить их, чтобы Эва могла поспать, но передумал, решив, что они с ней лишь сильнее отдалились друг от друга, и он сам был тому виной. И он не двинулся с места, прислушиваясь к тому, как Эва тихонько разговаривала с малышами, успокаивала их.

– Я бы хотел, чтобы ты заглянула в галерею сегодня.

Эва, намазывая мед на круассан, устало посмотрела на Майкла:

– Зачем?

– Мне нужно поговорить с тобой.

Она нахмурилась:

– Мы разговариваем прямо сейчас, разве нет?

– И у нас есть публика, требующая нашего внимания.

Эва рассеянно подняла хлеб и положила на край своей тарелки.

– Почему именно в галерее?

– А почему бы и нет? – Майкл пожал плечами. – Может, мне удастся уговорить Мари и Пьера присмотреть за близнецами, Пьер и сам отец.

Эва пристально посмотрела на Майкла, но, как и всегда, не смогла разгадать выражение его лица.

Эва покачала головой:

– Я не оставлю детей с чужими людьми.

– А если я докажу тебе, что Мари и Пьеру можно доверять?

На ее губах появилась натянутая улыбка.

– Хочешь – верь, хочешь – нет, но когда дело касается близнецов, для меня даже ты – чужой.

Брови Майкла поползли вверх, почти к самым волосам."

"– А тебе не кажется, что в сложившихся обстоятельствах это несколько недальновидно?

Эва прекрасно понимала, о каких обстоятельствах говорил Майкл, и ей совсем не хотелось говорить о том, что случилось прошлой ночью, и уж тем более рассуждать об этом теперь!

– За собой я в состоянии последить и сама, не маленькая уже, и принять все последствия собственных поступков, – ровно добавила она, – но если речь идет о благополучии детей, я веду себя осмотрительнее.

– Я не сделаю им ничего плохого! – насупился Майкл.

– Возможно. – Она спокойно откусила кусочек покрытого медом круассана.

– Черт возьми…

– Последи за языком, Майкл, – сухо напомнила она.