Няню вызывали?

— Я это скажу только их родителям, они должны…

— Никто вам ничего не должен, — я вздохнул, радуясь, что все же такие личности, как эта в школах все же исключение, а не правило, — я муж их матери, а значит — это мои дети. Это вас устроит?

Я только подивился, как легко прозвучало «муж» и «мои дети».

Новый приступ волнения, кажется, Женю все же некоторые знали, и я теперь был еще большим объектов внимания. Я за этим, чуть было не пропустил недовольство, высказанное в адрес моих детей. Хотя и пропусти я их мало что бы поменялось, плохо себя ведут, ни с кем не общаются, а Таю и вовсе нельзя пускать к людям и переводить в пятый класс в их замечательной школе…

Как же скучно… Пять минут я честно слушал проникновенную речь, стараясь не зевать в открытую, но уже на десятой минуте, нагло зевнул и демонстративно сбросил книгу в рюкзак и посмотрел на мерзкую директрису.

Обдумывая, не обратится ли по материным старым связям в высшие структуры, помнится, у нее кто-то в министерстве образования был, именно здесь в Москве, натравить на эту даму и избавить от нее людей? Нет, комиссии, проверки — жестоко, да и лишние нервы…

— А полезное что-то скажите? — наконец перебил я распалившуюся бабу, что вдохновлено толкала уже речь о дисциплине и образцовой школе.

Было еще что-то про какие-то занятия летом, по то, что нельзя давать детям расслабляться и… просто о том, какая она замечательная…

Ненужное собрание, просто потеря времени все можно было написать и в ватсапе. Этот способ связи Женя ему с утра показала.

Да у нее накопилось в родительском чате более трех тысяч сообщений, а классным и директрисе она не отвечала несколько дней, но в остальном…

— Да я же вам говорю, — снова взревела женщина, я поморщился. Тратить время на нее более не хотелось. Свой долг, как няни и даже отца я выполнил, пришел и послушал. Нужное запомнил — остальное, остальное взял на вооружение, а теперь меня ждет моя банда. Я и так оставил их одних почти на час. Нет, я верил в их благоразумие, но, кроме веры, я и знал то, что без сюрпризов следующие дни не обойдется.

Дарья уехала в гости к родне, а Женя в командировку, оба этих факта подсказывали, что поддержки не будет, а значит надо непросто выжить, надо по возможности найти общий язык с детьми.

Во дворе школы, где он оставил своих подопечных было шумно. Не он один привел на собрание детей и оставил их играть на площадке, за кем-то приглядывали старшие, да пара бабушек. Толку не было не от кого.