Няня не кусается, или Случайная невеста

 – Он хлопнул меня по плечу и, мгновенно преобразившись из друга во властного повелителя, холодно приказал: – Да начнётся новый этап отбора, генерал.

– Слушаюсь. – Поклонившись, я направился вслед за королём.

Глава 32

Тадиан

Зло выводя строчку за строчкой, я кусал губы и тихо ненавидел весь мир. Няню, что свалилась из ниоткуда. Короля, который стремится женить отца. И папу, за то, что не хочет даже выслушать меня.

– Приказы, приказы, приказы… – скрипел зубами.

Казалось, мне нечем дышать от страха. Даже вспоминать о том, как ждал отца, дрожа от ужаса при виде очередного гонца, было больно.

Кусь лизнул меня в щёку, и я отбросил перо.

– Хватит! Довольно приказов!

Обнял питомца и простонал:

– Почему отец и сейчас делает всё, что говорит король? Ведь война давно закончилась! Разве мы не заслужили жить как хотим?!

Глюк тихо всхлипнул и пошёл пузырями. Редкий случай, надо бы собрать с него слизь, пригодится для каверз на отборе.

Я осторожно отставил Куся, который мгновенно переключился на книгу и, схватив её, начал мотать головой из стороны в сторону, словно желал исполнить мою мечту и разорвать проклятый кодекс в клочья.

Я же свернул лист кулёчком и аккуратно снял с Глюка вязкую прозрачную жидкость. Дёрнул уголком рта – вот смеху будет! Осталось только придумать, как сделать так, чтобы всем невестам досталось по капельке.

Упрямо поджал губы.

Всё равно не собирался отступать!"

"Вернулся за стол и быстро доделал задание. Да, я помнил наизусть каждый постулат, но не собирался применять их в жизни. Не хотел, чтобы моя семья страдала так же, как я когда-то. Отец даже не понимает, каково это – постоянно ждать плохих вестей. Порой мне казалось, что быть в самой гуще событий было бы проще.

Сложив листы, придавил их пресс-папье, поставил задремавших питомцев на окно, а сам тихонько выскользнул из библиотеки. И не через дверь, которую отец запер магией.

– Хоть какая-то польза от няни, – ухмыльнулся, протискиваясь в пыльный тайный ход.

Вспомнил, как потерял Ирму из виду и бегал в поисках этой назойливой женщины, боясь, что она пострадала. Поёжился и недовольно проворчал:

– Вовсе не волновался.