Няня для дочки отшельника

 – А что могло случиться?

Всматриваюсь в его лицо и ищу хоть какое-то оправдание его поведению. Поведению мужчины, насильно отобравшему ребенка у матери. Ну же! Ты хотел мне рассказать о своей жене. Давай, выверни наизнанку какое-нибудь грязное белье. Что-то вроде “она была проститутка, наркоманка, могла навредить девочке”…

Но Миша молчит. Удовлетворенно вздыхает и молчит.

И совершенно не собирается посвящать меня в детали происходящего.

Беспокоится он не на пустом месте. Он явно что-то знает. Но мне не говорит.

Я? Которая проводит с его ребенком дни и ночи?

Или заранее знает, что я не одобрю то, что услышу?

Та девушка у реки.

Если Лизе семь, то ей должно быть никак не меньше двадцати пяти – двадцати шести. Хотя выглядела она еще моложе. Если бы не тоненькая морщинка между бровей, я бы сказала, что она еще подросток.

Разве такая могла противостоять магнату, решившему, что ему в этой жизни все позволено?

Получается, что он просто попользовался ею, а потом, когда она стала неудобной, выбросил.

И даже сейчас, когда, кажется, сама жизнь преподнесла Мише урок и показала, как жить правильно, даже сейчас он не собирается позволять родной матери видеть Лизу…

А ведь она ни на что не претендует!

Вспоминаю ее сбивчивый шепот:

– Не говорите ей! Пока не говорите! Это может ее травмировать… Никому не говорите, пожалуйста! Я просто посмотрю… Сейчас я могу ее хотя бы видеть…

И слезы, текущие из ее красивых глаз.

Таких же, как у Лизы, глаз…

Молодой женщине хотелось просто видеть дочь.

Издалека.

Стискиваю зубы, отворачиваюсь.

– Так! – Михаил суетливо бегает по кухне, пытаясь что-то собрать на обед. – Сегодня в деревню приедет дядь Андрей! Лиза, ты его знаешь, – девочка послушно кивает. – Инга, – он поднимает на меня взгляд, понижает голос, – это один из моих безопасников. Без него никуда.

– А что случилось? – спрашиваю невинно.

Он хмурится, закусывает губу, отворачивается…

– Я потом расскажу.

Ладно… Потом… Я дам тебе время придумать.

– Сейчас давайте…

Он резко поворачивается, роняет крышку от кастрюли.

– Вот черт!

– Миш, – перехватываю его руку, – давай я… Я все сделаю…

Михаил замирает, трет руками лицо.

– Что случилось? – спрашиваю тихо.

Ну ответь же мне! Ну будь со мною искренним!

– Ничего, – машет головой. – Пока ничего.

– Ладно, – покорно вздыхаю. – Садитесь обедать.

.

Михаил

С ума схожу.

Вдруг на секунду представил, что сейчас появляется Стеф и увозит Лизу.