Няня для дочки отшельника

И сейчас я думаю о том, что она меня, считай, спасла…

– Спасибо вам, – вздрагиваю, – что помогли.

– Да делов-то! – хмыкает. – Ну да мне некогда. Лиза! – окликает она мою воспитанницу. – Лиза, банку вечером принеси!

Малышка кивает и почти вприпрыжку бежит ко мне, прижимая к себе полную трехлитровку.

– У вас молоко очень вкусное, – пытаюсь улыбнуться.

– А то! – довольно пыжится женщина. – Ну да идите. Мне доить пора.

Я подхватываю у Лизы тяжелую, на мой взгляд, банку и задумчиво плетусь по дороге.

Что это было?

Мелочный и мстительный Митяй?

Или угроза председателя в действии?

Или просто случайность?

Может же быть просто случайность?

Отгоняю от себя глупые мысли, но держу в уме, что надо будет рассказать об этом Ми… Мише? Михаилу? Михаилу Юрьевичу?

И почему меня так задело, что другая женщина его ласково Мишей зовет…

Поджимаю губы.

Ему не идет!

Он сильный, решительный, хозяин всего вокруг себя!

Он – Михаил.

Ну, для друзей, возможно, Миха.

Интересно, скашиваю взгляд, а Лизина мать его как называла?

До боли закусываю губу, заставляя себя об этом не думать, и отворяю калитку красивого дома на отшибе.

– Шмель, привет! – аккуратно протягиваю руку подбежавшему псу. – Мы вернулись.

В дом заходим шумно топая, только вот встречает нас тишина.

На столе записка: “Обедайте без меня, пришлось уехать. Буду к трем”.

Держу ее в руках и чувствую какую-то странную горечь.

Это, конечно, потому что я хотела странное нападение с ним обсудить! Не почему другому…

Я же не…

Я не…

Да елки-палки! Ну, давай хотя бы себе не врать! Мужик шикарный, и… И он такой, о каких ты только в романах читала.

Ох…

Плохо дело.

Ни к чему хорошему это не приведет.

Ко мне он относится холодно. Подчеркивает, что отношения у нас чисто деловые. А то, как встретил – вообще отдельная песня!

И…

И на что я буду похожа, если буду глазки строить отцу своей ученицы?

Нет…

Прекращать это немедленно!

Как жаль, что та комнатка в школе пока совершенно непригодна для жизни…

Была бы я хоть от него на расстоянии…

Занятая всеми этими мыслями, на автомате накрываю на стол, расставляю тарелки, кладу ложки.

– Лиза, – зову девочку, – руки помыла?

Она кивает и молча лезет в кастрюли.

Ну нет. Так не пойдет.

А пусть-ка она мне жестами меню расскажет!

– Лиз, что отец на обед приготовил? – как бы невзначай спрашиваю ее и отхожу как можно дальше от плиты.

Вроде как к холодильнику.