Незнакомцы (СИ)

Собиралась очертить для отчима свои границы, но откладывала… Откладывала… Откладывала…

Не хотела нового конфликта. Боялась спалиться.

Мне всего лишь нужно иметь ту свободу, которую имеют все в моем окружении. И которую у меня даже формально никто не забирал.

Я не помню, чтобы абсолютную отчетность о моем передвижении на меня возложили ответственностью за какой-то косяк. Просто в какой-то момент я оказалась человеком, о целях и маршрутах передвижения которого даже не отец знает всё.

Точнее его начбез.

Выхожу на парковку и вижу своего Марка в окружении мужчин, которые тоже скорее всего ждут любителей гольфа и брюта возле блестящих черных машин.

Он замечает меня не сразу: договаривает что-то. Смеется. И вокруг тоже смеются.

Но когда видит — со скоростью света сбрасывает с лица обычные человеческие эмоции радости, с тела — расслабленность. Натягивается струной и вырастает. Застегивает пиджак, хотя на улице жара.

Я чувствую на себе еще несколько взглядов, но все они слетают в асфальт, как только смотрю в ответ.

— Нагулялись уже, Лолита Александровна?

Марк успевает подойти к машине быстрее меня. Открывает дверь, я плюхаюсь на заднее сиденье.

— Да. Более чем. Извини, что отвлекла.

— Да ну чего вы…

Марк обходит машину, а у меня тем временем рвется дыхание и нагревается кожа.

Будь уверенной, Лола. Ты просто заявляешь о своих правах, которые никто не может забрать.

Хочешь свободы? Борись за нее.

— Куда едем? Домой или еще какие-то планы?

Ерзаю на сиденье и, как кажется, беру себя в руки.

— Да. Ещё планы.

Марк выруливает, всем своим видом демонстрируя готовность слушать.

— Какие, Лолита Александровна?"

"Я собираюсь встретиться с мужчиной тайно. Отдаться ему. Потом встречаться ещё и ещё, пока мы друг другу не наскучим.

И никому из вас об этом не скажу.

— Отвези меня в Сафьян. И ты свободен до восьми.

Я произношу название одного из заведений, в котором мы с Катей часто обедаем, и недалеко от которого находится гостиница. Мои слова заполняют салон большим переливающимся мыльным пузырем. Он тонкий и хрупкий. Разорвется на любом неосторожном движении или неправильном слове.

Я раз за разом повторяю про себя, что не попросила ничего из ряда вон выходящего. А Марк молчит.