Незнакомец. Суровый батя для двойняшек

Ты же так сказал моему отцу, что не хочешь иметь от меня детей, потому что у них будет с рождения мой угрюмовский набор генов!

– Копец! – Мирон явно злится. – Егор рассказал тебе всё…

– Он мой отец.

– «Волсебник»! – кричит громко Машенька, отвлекая нас от ругани.

Поворачиваю голову в сторону арены, где уже появились два клоуна в ярких комбинезонах – желтом и зеленом. Машуня порывается соскочить с места, точь-в-точь как это делает моя дочь, чтобы выбежать на встречу любимым персонажам.

Крепко сжимаю ее маленькую теплую ручку.

Клоуны прыгают, танцуют, хохмят. Их лица разрисованы так ярко и нелепо, что меня они немного пугают. Особенно, когда их рты растягиваются в широкой улыбке Джокера, становится совсем не до смеха.

Впрочем, после разборок с Мироном, мне действительно совсем не хочется смеяться. Но каждый жест разрисованных мужчин вызывает в зале взрыв хохота, притом взрослые хохочут намного больше и громче, чем их дети."

"– Какой смешной клоун! – раздается громогласный голос клоуна над нашими головами.

– Забавно, да? – клоун обращается к визжащей от удовольствия Машеньке. – Как тебя зовут?

– «Маса»!

– А тебя? – мужчина под маской обращается явно ко мне.

– Меня зовут Маша.

– Две Маши, забавно! А загадаю-ка я желание! – Не успеваю ничего ответить, как клоун хватает на руки малую и тащит ее на арену.

– Мамочка, за нами!

– На арене «дрессированные мамочки», – смеется Мирон мне в спину.

Мужчина в желтом клоунском наряде прыгает, прикидывается, что споткнулся, и сейчас упадет вместе с Машкой.

Бегу к ним, истошно кричу. Все надо мной смеются, а Мир сидит спокойно, с интересом наблюдает за происходящим на сцене. Похоже, я его сильно развлекла сегодня!

Машенька тоже громко смеется, а я готова расплакаться от злости, что меня выставили на посмешище.

– Ну всё, достал! – рявкаю зло, толкаю клоуна в грудь, и отбираю у него малышку. Зал удивлено затихает, но тут же взрывается диким смехом.