Незнакомец. Суровый батя для двойняшек

Выберу невесте самое красивое платье…

Маша переводит на меня изумленный взгляд.

– Я не хочу… Только не он! – тихо плачет. – Папа, пожалей меня. Он же старик и я его не люблю! – смотрит на меня с неприязнью.

Можно подумать, я тебя люблю!

И с какой стати в двадцать семь я стал стариком?!

Маша меня разозлила. Я – неподходящая партия! Тоже мне королева нашлась! Королева чего? Преступного мира.

Хочу перечить ей. Ставлю перед фактом, говорю:

– Я. Сам. Выберу. Тебе. Платье. И точка.

Глава 8

Мария

То, что происходит со мной явно не вписывается в мой мир.

На меня накатывает истерика, и слезы досады текут по щекам.

А этот мужлан Седой только бросает на меня колкие взгляды и сжимает кулаки, будто снова злится.

– Я не хочу… – шепчу одними губами, но меня никто не слышит.

Я нахожусь в двусмысленном положении. Мало того, что меня заставляют выйти замуж за незнакомого мне человека. Так ещё и хотят, чтобы всё произошло очень быстро.

Мы же не в армии. Нам некуда торопиться?

Или… папа знает, что умрет очень скоро.

Какая же я эгоистка! Думаю только о своих чувствах и нисколечко не думаю о том, как тяжело папе готовиться к уходу на тот свет.

– Я не хочу… Только не он! – тихо плачет. – Папа, пожалей меня. Он же старик и я его не люблю! – смотрит на меня с неприязнью.

Красивая темноволосая женщина продолжает бросать на моего ненавистного жениха странные двусмысленные взгляды, и он отвечает ей взаимностью.

Мне стыдно за них двоих!

Сбивчивое дыхание Седого свидетельствует о чем-то непотребном.

И когда мужчина поворачивает ко мне надменно лицо и яростно шипит: – Я. Сам. Выберу. Тебе. Платье. И точка. – Мой мир рушится у меня на глазах. Все мечты о счастливом замужестве превращаются в пепел.

Седой унизил меня сейчас на глазах у всех, поставив на ступеньку ниже самого себя. Будто я – никто, и он будет в дальнейшем принимать решения за меня и мою жизнь.

А мне оно надо???

Меня кто-нибудь спросил?

Чувствую, как щеки заливает жар и ползет по телу, позвоночнику, забирается в трусики.

Дрожащими ледяными пальцами щипаю себя, чтобы привести в чувство.

Снова бросаю взгляд на будущего мужа и вижу, что он смотрит на другую, а его глаза застилает мутная пелена из похоти к Злате.

Как же хочется быть сильной и дерзкой, задорной, такой, какой я была там, в другой жизни, когда жила у моря.

Хочу оцарапать Седому руки, лицо, воткнуть шпильки в ботинки. Хочу мучить его также, как он меня.