Незнакомец

Я не могла бы объяснить, почему, но что-то подсказывает мне… Я просто надеюсь, что он вскоре объявится. Иначе мне придется сдать нашу квартиру. Дольше чем два месяца я никак не могу позволить себе оплачивать две квартиры.

— Да, и это будет очень щедро с твоей стороны, — заметила Ребекка. — После всего, что было, ты могла бы сразу сдать квартиру, а он пусть потом сам смотрит, как ему быть.

— Я уже думала об этом. Но риск состоит в том, что если он вдруг приедет в Германию и у него не будет крыши над головой, он попытается — во всяком случае, временно — пристроиться у меня, и тогда мне будет трудно от него избавиться.

— Ты не обязана его принимать.

— Если у него не останется другого места…

— Он может пойти к своим родителям.

— Это было бы для него, пожалуй, самым крайним случаем.

— Что не должно быть твоей проблемой.

— Я знаю, — сказала Инга, — но… — Ее фраза повисла в воздухе.

Ребекка кивнула.

— Все это, конечно, не так просто, — сказала она.

— А как обстоит дело с тобой? — спросила Инга. — Ты восстановишь отношения с Максимилианом?

— Почему я должна это делать?

— Ну… я думаю, он хороший друг.

Лицо Ребекки застыло, губы сжались — жестко, недружелюбно.

— Мне больше не нужны друзья. Я сама с собой разберусь.

Инга глубоко вздохнула.

— Меня это, конечно, не касается…

— Правильно, — сказала Ребекка, — это тебя не касается.

Ее собеседница собрала все свое мужество и быстро сказала:

— Ты мне нравишься, Ребекка.

Брандт со звоном поставила свой бокал на стол. Ее рука слегка дрожала, когда она подняла ее ко рту.

— Инга, это мое дело. Я серьезно прошу тебя: не вмешивайся.

— Но ты живешь здесь как заживо похороненная! Ты одна, ты одинока; ты позволяешь зачахнуть своим способностям, отталкиваешь людей, которые тебя любят, и цепляешься исключительно за воспоминания об… об умершем, который… никогда больше не вернется.

Молодая женщина снова глубоко вздохнула. Ее собеседница сидела словно окаменевшая.

— Он больше не вернется, Ребекка, — тихо повторила Инга. — Как бы ужасно это ни было, но… ты должна устроить свою жизнь без него.

Хозяйка дома продолжала молчать.

— Ребекка? — тихо позвала ее гостья.