Незнакомец

Однако ее потребность услышать человеческий голос была настолько велика, что она согласна была выдержать даже свою мать.

Та, конечно же, сразу начала жаловаться на жару и на то, что у нее такой маленький балкон, и что жара еще больше скапливается в стене между камнями, и находиться там, да и вообще существовать на этом свете, становится невыносимым.

— Сад, вот что сейчас нужно, — сказала она, — красивый зеленый сад, где можно лежать на траве в тени дерева, а ветерок, словно веер, обдувает тебя воздухом… Как это было бы прекрасно!

Карен прекрасно знала, что если б у ее матери был такой сад, она и тогда жаловалась бы — на муравьев, или на щекочущие травинки, или на самолет, который в послеобеденное время один раз пролетел над ней.

""Мне следует наконец начать делать то, что хочется"", — подумала Карен. Однако самым ужасным было то, что она сама точно не знала, чего хочет. По крайней мере, так ей порой казалось. Хотелось бы ей, чтобы мама по воскресеньям бывала у нее? Собственно, нет. Она только облегчила бы этим свою совесть, но это не доставило бы ей радости.

— Может быть, нам все-таки нужно было все решить иначе с нашим отпуском, — сказала Карен.

— Об этом не может быть и речи, — тут же прервала ее мать, — у вас, совершенно одна в этом большом доме… Да мне до смерти будет там скучно! Лучше, если Кенцо приедет ко мне.

— Ясно. Все останется, как запланировали, — тут же согласилась Карен, а про себя подумала: ""Только мне, собственно, уже не хочется уезжать. А почему бы мне не послать в отпуск Вольфа одного с детьми? Скучать по мне они уж точно не будут"".

— И?.. — спросила ее мать. — У тебя теперь все нормально?

— Что ты имеешь в виду? У меня что, было что-то не так?

— Ну, я про ту ночь, недавно. Когда ты ни с того, ни с сего позвонила среди ночи, потому что тебе показалось, что со мной что-то случилось. У меня тогда сложилось впечатление, что ты… что твои нервы немного сдали.

— Я позвонила не ""ни с того, ни с сего"", мама. Я ведь тебе объясняла.