Нет жалости во мне

Ведь то, что он сейчас ей предлагал, на юридическом языке называлось организацией убийства. И если она заглотнет наживку, то ей уже никогда не слезть с его крючка.

– Ты?!

– А почему нет? Стрелять я могу, рука не дрогнет. И дорого не возьму, потому что у меня с Полтораниным личные счеты.

– А сколько... Сколько возьмешь?

– Да триста баксов, чтобы ствол купить.

– Ну, это немного, – в смятении задумалась Анжела.

– Значит, по рукам?

– А ты сможешь?

– Результат гарантирую...

– Нет, я боюсь.

– Ну, тогда рано или поздно отправишься вслед за Тимохой.

– При чем здесь это?

– Да при том, что Тимоха не сам руки на себя наложил. Ему помогли в петлю влезть...

– Кто?

– Дед Пихто. Говорили, по заказу самого Касатона... А за кем Касатон стоит, а? За Полтораниным. Значит, кто Касатона на это дело подбил?.. Этот козел и Тимоху заказал, и тебя закажет, когда высушит...

– А кто говорил, что по заказу Касатона?

– Ну, в зоне говорили... Так, меж собой разговоры шли. Одни вполголоса говорили, другие вполуха слушали.

– Да я понимаю.

– Ну, так что, дашь триста баксов на ствол?

– Э-э... Хорошо...

Анжела вышла из комнаты, вернулась с тремя стодолларовыми купюрами в руке. Протянула их Алику, но на полпути в нерешительности остановилась. Она могла передумать, поэтому он вырвал деньги у нее из руки.

– Все, сделка совершена! – хлопнув купюрами по раскрытой ладони, провозгласил Алик. – Теперь мы с тобой в одной лодке!

– Э-э...

– Ничего, я тебя утешу!.. Кс-кс-кс! Иди ко мне, моя киска!

Он ухватил Анжелу за руку, потянул на себя, дернул за поясок ее халата, распахнул полы, под которыми ничего не было, кроме тонкой меховой полоски на округленной выпуклости внизу живота.

– Да, киска у тебя самая-самая... – в раздумье сказал он. – Полторанин с ней еще не игрался?

– Дурак! – Анжела отшатнулась от него, запахнула полы халата.

– Значит, не было ничего. А ведь он хотел бы с тобой поиграться... Может, пригласишь его к себе домой?

– Ты в своем уме?"

"– Я-то в своем... И ты пораскинь мозгами. Если ты раздвинулась под Полтораниным, значит, конфликт с ним исчерпан. Какого черта тогда тебе его убивать? Логично?

– Ну, может быть, – задумалась Анжела.

– Ты с ним переспишь, а когда он уходить будет, я его на обратном пути приму. Прямо в подъезде. Не бойся, квартиру не испачкаю...