Незавидный холостяк

"

"Не то, чтобы я считала себя особенной для него, но вот выясняется, что я просто экземпляр очередной коллекции Кирилла Ярцева, и это неприятно.

– Люди очень интересные, – пожал он плечами.

– Вообще все? – изумилась я.

– Конечно! У каждого есть уникальная история! Тот, из детского сада, эмигрировал вместе с родителями в Израиль, работал там землекопом – то на похоронах, то в археологических экспедициях, в двадцать лет вернулся в Россию, а у нас тут кладбищенская мафия, абы кого не пустят к себе.

Кирилл постучал пальцами по столу, вздохнул, и направился к грилю.

Достал из него стейки, уложил на тарелку, укрыв фольгой, и вернулся ко мне.

– Шампанское или вина налить? – спросил он.

Я молча вцепилась в свой бокал.

Он разложил приборы, высыпал в мисочку помидорки черри, придвинул ко мне:

– Ешь, Варвара. Ты всю ночь на ногах и только пьешь.

Я сняла фольгу с тарелки, посмотрела на сочащееся жиром мясо, и меня замутило.

Нет, я лучше шампанского.

Кирилл разрезал свой кусок и начал есть – с большим аппетитом.

Он был бодрый, будто не мотался вместе со мной всю ночь за рулем за платьем и кольцами, не развлекал историями, пока мне делали прическу и макияж, не организовывал роспись.

– А ты часто отказываешь клиентам, вот как Сереже сейчас? – Женька продолжала допрос Майи.

Та была совсем не против.

– Ну, он мой постоянный, у нас уже особые отношения. Иногда меня зовет, чтобы просто вместе поспать или в театр сходить.

– Как интересно… Разве тебе платят не за секс?

– Мне платят… Нет, не только за секс. Эскортницам платят больше за то, что они не трахают мозги, всегда хорошо выглядят и заботятся о мужчине без нытья и требований.

– Тепла и заботы за нефиговые деньги?

– А какая разница, если у него этих денег много? – Майя снова забралась на стол и сидела, закинув ногу на ногу, демонстрируя идеальную фигуру. – За комфорт можно и заплатить. Я даю то, чего ему не хватает, он дает в ответ то, чего не хватает мне. И я всегда благодарна.