Невыносимая невеста, или Любимая студентка ректора

Он сжал руль так, что костяшки пальцев побелели. Зачем Лера это сказала? Она ведь почувствовала, что в Тоцком закипает ревность. Дразнить дьявола — опасно, но как приятно щекочет нервы. И потом, кто ему виноват, что он почему-то решил, что речь о настоящих поцелуях, а не о спектакле? Да и вообще, если он однажды её поцеловал, это ещё не даёт ему никакого права на ревность.

Она покосилась на него. Интересно было бы прочитать его мысли. Что творится в головах у мужчин, когда они ревнуют девушку, которая вообще-то не их девушка, а сама по себе? Хотя может, лучше и не знать, что он там думает.

Он неожиданно остановил мобиль. О, вот, похоже, сейчас Лера и узнает, что он думает. Допрыгалась. Пару секунд Тоцкий сидел, не разворачиваясь. И этих секунд хватило, чтобы у неё бешено разогналось сердце. По телу прокатилось острое жалящее предчувствие, что сейчас что-то произойдёт.

Он нагло молчал. Ни слова не говорил о том, почему остановился посреди леса.

Ночь. Лес. Никого. Только ты и он. Трусишь, Лера? Дразнила дьявола, теперь почувствуй его гнев. Он развернулся к ней. Не злой — скорее, заведенный. Губы растянуты в опасную улыбку.

— Мне не понравился совет Корнелии.

Ах, гад, как же красив в синеватом свете, льющемся от приборной панели.

— По мне неплохой совет.

Уж дразнить, так дразнить до конца.

— Мы найдём другой способ решить нашу проблему, — он перешёл на угрожающий полушёпот.

— Вашу проблему, — поправила она.

Его взгляд коснулся её губ. Это просто взгляд, но стало жарко. Ощущение, будто он медленно провёл по ним пальцем — щекотно. Тоцкий тоже её дразнил. Хотел напомнить их поцелуй. Будто его можно забыть.

Желание испытать это чувство снова отозвалось тянущим вязким болезненным сладким напряжением. Нет, Лера, ещё чего! Ты давала себе слово больше никогда не хотеть его поцелуев.

Ей казалось, он тоже мучительно борется с собой. Но, видимо, переборол. Он потянулся к Лере, и все мысли мгновенно выветрились из головы. Чёрт с ней, с логикой. Потом… Она почувствовала его горячие ладони на плечах. Они скользнули на шею, затылок, чувственно смяли волосы. И она тоже потянулась к нему.