Невыносимая невеста, или Любимая студентка ректора

Желание жило в нём ещё с тех пор, когда всё закончилось одними угрозами. А сегодня, так кстати, они с ней опять оказались наедине и опять запертыми. Разве мог Ян не воспользоваться ситуацией?

Тем более, девчонка всё делала, чтобы его спровоцировать. Может, не специально. Но Ян улавливал нюансы её настроения. Взять хоть это совместное двусмысленное лежание на тюфяке. Ладно, тут не было её вины. Но почему, когда он начал угрожать поцелуями, она не стала возмущаться, как в прошлый раз? Она прикусывала губу, и глядела зелёными глазищами так, что Яну начало казаться — она хочет поцелуя не меньше него.

"Его невероятно сильно разогрела эта мысль. Он говорил себе: не смей, она твоя студентка! Но что-то дьявольски циничное в нём возражало: но ведь она твоя невеста, не так ли? А разве не священная обязанность любого жениха целовать свою невесту? И это дьявольски циничное взяло верх, нахально приплетя сюда ещё и благородный мотив — надо не дать Энтони напрасно волноваться. А для спасения нервной системы брата все средства хороши.

Да, брат! Он ведь действительно будет серьёзно беспокоиться. И только эта мысль смогла заставить Яна остановиться. Он отпустил её губы, но не отстранился — прижался лбом к её лбу, давая им обоим прийти в себя.

Ян знал, что как только Валерия отдышится — тут же пойдёт в наступление, обвиняя его в непрофессионализме и ещё во множестве страшных грехов — уж она найдёт каких. Он думал, как перехватить инициативу. Им действительно нужно, как можно скорее выбираться отсюда — куда-нибудь, где работает магическая связь, откуда можно будет отправить сообщение Энтони.

— Дьер й-Ян, — Валерия уже пришла в себя. Глаза горели недовольством, голос звенел. — Это было вопиющее нарушение профессиональной этики. Вы не могли придумать другой способ? Тем более, этот не действует.

— Да, я уже и сам вижу, что ошибся, — произнёс он с самым невозмутимым выражением лица.

Её щёки вспыхнули в момент. Она медленно втянула в лёгкие воздух, грудь поднялась. Глаза наполнились диким возмущением.

Да, Ян, ты вступил на зыбкую почву. Одним предложением поставил под сомнение таланты не только одной конкретной взрывной девушки, ты замахнулся на честь всех землянок. Сейчас Валерия отомстит и за себя, и за несправедливо попранных земных сестёр. Он видел, что в ней созрело желание крушить.