Невыносимая невеста, или Любимая студентка ректора

Но всё было не так, как там, на лайнере — в их игре вела не она, а он. Он искушал пуститься во все тяжкие, и она сдалась на милость победителю. Они горели всю ночь, а утром он обнаружил на пустой постели записку.

Прости, Ален. Мне нужно в свой мир повидать сына. Но не расслабляйся, я скоро вернусь.

Дьяволица! Пробыла с ним ровно столько времени, сколько ей нужно было, чтобы восстановить магический резерв для создания портала. Но он простил. И да, не будет расслабляться. Уж он продемонстрирует, насколько не расслаблен, когда она вернётся.

А то, что её не будет на сегодняшней встрече, может, даже к лучшему. Алену самому есть о чём поговорить с Валерией. Не хочет его девочка замуж, не мил ей Тоцкий, значит, Ален на её глазах разорвёт договор помолки.

Глава 44. Всё-таки сделал?

Болезнь Лема, к счастью, оказалась несерьёзной. Муачо паниковал напрасно. Жар удалось быстро снять чайком с малиной. И малину, и чай, понятное дело, обеспечил Филипп (и как он учуял, что нужна его помощь, ведь его никто специально не будил?).

Моника волшебным образом преобразилась в заботливую няньку. Обмотала шею Лема шерстяным шарфом, убеждая, что это лучший способ снять першение в горле, поила его чаем, и вызвалась сидеть возле кровати, пока он не уснёт.

В общем, Лерина помощь не понадобилась. Она видела, что заболевший в надёжных руках. А раз так, она решила провести остаток ночи с братом. У неё появилась идея продолжить разговор на свежем воздухе. Хотелось бодрящей прохлады и тишины. Она взяла гризли в охапку и вывела из общежития.

Они уселись на скамью и проговорили до самого рассвета.

Вилзорт рассказывал, каким ошалевшим чувствовал себя первые дни, когда узнал о сестре. Он пытался разведать хоть какие-то подробности, ходил по местным ведуньям и магам-менталистам, чтобы помогли.

Габи сказала ему, что он должен обязательно встретиться с сестрой, чтобы его ментальный ореол замкнулся, но он и без её слов, планировал встречу с той минуты, как только поверил, что у него есть сестра.

Потом Вилзорт рассказывал про мать.

У Валерии сложилось впечатление, что это гордая и своенравная женщина. Сильная, упрямая, красивая. Вилзорт не сказал этого напрямую, но Лере показалось, что у матери могла быть связь с королём. Странно, но Валерии стало как-то досадно за Ольшанского. Она пока не чувствовала ровным счётом никакой теплоты к женщине, которая её родила, но зато по отношению к Алену у неё уже шевелилось в душе что-то подозрительно похожее на дочерние чувства к отцу.