Невинная для волчьей стаи

А мы получим тебя.

Они получили. Мой рот. Мое лоно. Все, по очереди, каждый.

Я лежала на спине, с розочкой там, а они по очереди брали меня, лаская клитор.

Первый оргазм был очень коротким, но ярким. Второй, казалось, длился вечность, я билась в конвульсиях, не желая останавливать поток удовольствия. Потом еще… еще…

Я уже не соображала, чей во мне член, чей член у меня во рту. Но мне было так хорошо, словно я реально на небе и могу руками трогать звезды.

А потом Ник вытащил пробку, прикоснулся своим членом к моей дырочке и я отключилась.

Последнее, о чем я думала — если они попросят меня уйти из их жизни я никогда больше ни с кем не испытаю подобного. Проще будет вообще не заниматься любовью, чем заниматься и знать, что получаешь лишь суррогат…

Глава 27. Марк"

"Она была прекрасна.

Разве были другие слова, чтобы описать нашу Мию?

Волшебна, восхитительна, нереальна.

Естественна.

Чем больше я узнавал ее, тем больше мне хотелось всегда быть с ней, рядом, внутри.

Обладать.

Удивительно, насколько она была нежной, ранимой, и насколько сильной и стойкой! Она не боялась нас.

Ничего не зная о нашей второй сущности Мия, так спокойно приняла то, что мы волки!

Оборотни. Двуликие. Двусущные. Те, которые издревле вызывали у людей дикий страх, ненависть, зависть…

Я видел людей, которые узнавали об оборотнях. Видел, что творилось в их душах. Чувствовал тот животный ужас, который переживали они. Читал их мысли — проклятия нашему роду. В большинстве своем люди вели себя именно так, если им открывалась правда о волках.

Но Мия…

Не испугалась, почти не была удивлена. Улыбалась нам. Благодарила за свое спасение Никиту. Не сбежала. Не кинулась в панике прочь.

Приняла.

Я знал, что нам предстоит еще поговорить о многом, и сознательно откладывал разговор.

Утро вечера мудренее. Утро наступит еще не скоро.

Ночь впереди. Жаркая, страстная ночь.

Нам не нужно было ничего объяснять этой ночью. Мы должны были сильнее привязать ее к себе. Сделать так, чтобы она ни за что не захотела уйти.

Но, похоже, нам все удалось и без магии.

Я видел ее глаза. Ощущал, как меняется аромат ее тела, как в нем появляются нотки боли и удовольствия, желания и жажды.

Ее атласная кожа покрывалась капельками пота, мерцала в свете свечей.

Зрачки ее расширились, почти поглотив изумрудную радужку, когда младший вставил, наконец, свою розочку.