Невинная для волчьей стаи

Дэн схватил плед, подошел к ней, набросил на нее, прикрывая наготу.

— Так вам будет гораздо удобнее.

— Спасибо, я… я не могу привыкнуть к тому, что я… что я человек.

Интересная информация. Значит, что, раньше она была только волчицей? И как долго? И…почему?

— Дэн, Ник, займитесь нашей гостьей, приготовьте завтрак и накормите ее.

— А ты… вы? Вы не будете мной заниматься?

Она хлопала ресницами, такая наивная, такая…Нет, она не была чистой. Мое чутье сейчас работало очень и очень хорошо. Я знал, что с этой дамочкой что-то не так.

Совсем не так.

Но я должен был сначала устроить нашу кроху. Потом все остальное.

Я осторожно положил Мию на кровать. Нужно было раздеть ее. Я потянул за клубничку на алом комбинезоне… я старался действовать аккуратно, медленно, но через пару минут моя красавица уже лежала в одном белье, а я… Я лежал рядом, стаскивая с себя джинсы.

Пусть весь мир подождет. Реально. Я должен был удостоверится, что наша малышка понимает — она по-прежнему все для меня, для нас.

Она любима.

Я зарылся лицом в ложбинку между ее грудей, тихонько стягивая простенький хлопковый бюстгалтер. Попутно представляя, как мы вместе идем в магазин нижнего белья, и я покупаю ей там самые красивые кружевные штучки, соблазнительные, эротичные. И как наша куколка будет смотреться в подобном белье. Обязательно сам буду надевать на нее чулочки, с широкой ажурной полоской, или снимать…

Мне казалось, что я с катушек съезжаю, просто думая о ней в белье. А она лежала рядом, практически обнаженная, и я мог делать с ней все, что мне захочется!

Я облизывал ее соски, стараясь не разбудить.

Мне хотелось взять ее такую — спящую, нежную, абсолютно расслабленную. Хотелось немного попользоваться ею одному. Только моя. Только я и она.

Услышав ее слабый стон, я запустил руку в трусики. Как же там было влажно и горячо! Я не должен был торопиться, но ждать уже не было сил. Осторожно я спустил ее белье вниз, раздвинул ножки — ароматная розовая прелесть манила! В другой раз у меня будет время внимательно изучить ее, рассмотреть, разнежить, ублажить, зацеловать, вылизать каждый миллиметр.

Но не сейчас! И все-таки я не удержался, припал к этому источнику удовольствия, поцеловал сначала мягко, нежно, только губами, потом провел языком. Мия застонала чуть громче, все еще во сне. Я несколько раз щелкнул языком по клитору, чувствуя, как она начинает дрожать. Потом раздвинул ее бедра еще шире и поднялся, устраиваясь между них.