Невинная для Сурового (СИ)

А я подаюсь следом чисто механически, но вдруг взгляд падает на лавку. На книгу, которая там лежать осталась.

— Подождите, — выдаю.

Выскальзываю из его захвата. Понимаю, что это просто потому что он позволяет.

Подхватываю книгу с лавки, прижимаю к груди.

Теперь можно идти.

— Это что? — спрашивает Айдаров, глядя на мой учебник, и снова переводит глаза, чтобы мой взгляд поймать.

— Для учебы, — отвечаю тихо.

Он хмурится.

— Зачем тебе учеба? — дальше интересуется.

Невольно веду плечами.

Как это — зачем?

— Я на втором курсе, — прочищаю горло, стараюсь выдержать его пристальное внимание спокойно или хотя бы внешне виду не подать, какой у меня внутри творится раздрай.

В его взгляде мелькает нечто новое.

Как будто… удивление?

— На хрен тебе это? — выдает он.

Его грубость режет.

— Это важно для меня, — говорю осторожно.

— Моей жене работать не надо, — заявляет Айдаров. — Я всем обеспечу. Женщина домом должна заниматься. Детьми. Так что бросай эту херню.

— Извините, но я…

Начинаю и запинаюсь, не зная, как бы сформулировать все так, чтобы свое положение не усугубить.

— Я бы хотела не только домом заниматься, — замечаю наконец. — И детей у нас еще нет. Поэтому…

— Скучать не будешь, — обрывает Айдаров. — Найду, чем тебя занять.

И его полыхающий огнем взгляд наглядно дает понять, в какой именно сфере будут эти «занятия».

Под прицелом его черных глаз чувствую себя абсолютно беззащитной. Голой. Он смотрит на меня так, словно все одежду срывает, слой за слоем.

Шесть дней. Всего шесть дней до свадьбы.

Осознание этого болью пульсирует в затылке.

+++

Ужин проходит в напряжении.

Айдаров усаживается напротив меня. Весь вечер глаз не сводит, потому сижу, как на иголках.

Всю волю прикладываю, чтобы хоть немного поесть. Если к еде не притронусь, то это будет неуважением. Заставляю себя.

Несколько раз порываюсь найти предлог, только бы удрать из-за стола. Однако рискнуть не осмеливаюсь. Выдерживаю до самого конца.

Немного выдыхаю, лишь когда Айдаров наконец поднимается.

— На неделе заеду, — говорит он.

И заставляет сердце оборваться снова.

Еще приедет? Зачем?

Думала, хотя бы до свадьбы мы больше не встретимся. Последние дни на свободе пройдут спокойно. Без него.

Айдаров эту надежду убивает.

Отстраненно слушаю, как отец пробует выяснить, когда именно Айдаров снова нанесет нам визит. Чтобы мы могли достойно принять такого гостя.

— Как время будет, так и приеду, — заявляет он.

На этом все.