Невинная для босса (СИ)

Медработники выкатили каталку, я переложил Викторию и пошел по коридору вслед за ними до Семеныча. Тот открыл широкую дверь, запустил ребят с каталкой, попросил меня подождать здесь и ушел за Викой вместе с другим врачом.

Что-то как-то тревожно стало.

Я присел на белое металлическое кресло для посетителей и нервно прикусил губу.

Почему она до сих пор не пришла в себя? Обмороки — это же краткосрочное явление, ведь так? Или я что-то не понимаю?

А вдруг это что-то серьезное?

Через десять бесконечных минут Семеныч вышел ко мне.

— Ну что там? — в нетерпении уточнил я.

— Пришла в сознание.

Я шумно выдохнул.

Сразу отлегло.

— У нее вроде бы обычный нейрогенный обморок, — хмуро продолжил он, — но мне не нравится, что долгий. Предполагаю, что обморок мог быть спровоцирован рядом факторов или их совокупностью. Например, долгое нахождение в душном помещении, сильным стрессом и плохим питанием. Она ела сегодня?

— Понятия не имею. Виктория моя сотрудница, а не жена.

— Да уж.

— Сейчас зайду на сервер компании, скачаю и пришлю тебе в мессенджер.

— Договорились, — кивнул он. — Если хочешь, можешь пойти с ней пообщаться, а я пока найду палату. Заходишь в отдел и третья дверь слева.

Я кивнул и пошел в указанном направлении.

Вика лежала одна в ярко освещенной палате под капельницей.

Взгляд испуганный.

Недоверчивый.

Я нашел стул, поставил его рядом с кушеткой и присел.

— Ты сегодня что-нибудь ела? — задал я главный вопрос.

— Да, обедала в столовой, — уверенно кивнула она.

— Хорошо, а утром и вечером?

И всё. Вика замолчала и стыдливо отвела взгляд.

Понятно.

— Ну и что мне с тобой делать? — спросил я.

Она неопределенно пожала плечами.

— Значит так. На этой неделе ты занимаешься своим здоровьем. Сейчас ты пока лежишь здесь, но скоро тебя переведут в палату.

— В палату?! — возмущенно воскликнула она.

— Да. Ты остаешься на обследование. Николай Семенович — очень хороший врач, так что знай, я оставляю тебя в руках профессионала.

— Владислав Сергеевич…

— Я сказал. Ты. Остаешься. На обследование. Поняла? — рыкнул я.

— Поняла, — сдулась она и опустила глаза.

Сразу бы так, а то начала возражать.

Лежит бледная как поганка, ни жива ни мертва, и не понимает, что ей сейчас нельзя без присмотра.