Невестка слепого барона

Солдат просто растворило в оголтелой толпе, правда, заметили мы это не сразу -- Освальд тянул меня не оглядываясь и не отвлекаясь.

Напор был такой, что снесли несколько прилавков с фруктами, и хозяева, охая и ругаясь, пытались собирать рассыпанные под ноги плоды. Безнадежно…

Толпа сплошным потоком валила, как сумасшедшая, не видя ничего на своем пути. Мы постарались быстрее выбраться из безумной суматохи. Освальд крепко держал меня за руку, не отпуская ни на миг, и буквально выволок из людского потока к относительно свободным рядам.

Самое неприятное было то, что во время этого людского водоворота где-то окончательно отстали и потерялись охранявшие нас солдаты. Их даже винить нельзя: так плотно валил народ, что их просто “смыло”. Мы-то к началу беспорядков находились ближе к прилавку и проходу в следующие ряды. Освальд слегка нахмурился, обнаружив пропажу, и обхватил меня рукой за плечи, посильнее притиснув к себе.

-- Может быть, вернемся? Ты устала. Завтра сможем съездить еще раз.

-- Нет, давай еще походим, а завтра пойдем на другой рынок. Я бы хотела еще взглянуть на сушеные травы. Вон, видишь, ближе к концу рядов продают? Пошли туда, а потом уже домой.

-- Как скажешь, Клэр.

Мы нашли место чуть поспокойнее, на самой окраине рынка, у задней стены какого-то продолговатого строения, прошли между несколькими пустыми прилавками и решили чуть передохнуть именно тут.

Вот тут и произошла эта история, которая заставила меня посмотреть на Освальда чуть по-другому.

На боку у меня висела небольшая сумка, в которую я сложила купленные на рынке пряности: черный перец, ванилин и корицу. Цены на такое лакомство были пугающие, но Освальд велел не экономить, и три увесистых мешочка я таскала с собой вместе с ожерельем и мотком роскошных кружев.

Просто спокойно разговаривая о своем, мимо нас шли трое, а потом двое из них синхронно оперлись рукой о пустой прилавок и мощным броском перекинули свои тела к нам.

И вот уже между мной и Освальдом оказались чужие люди.