Невестка слепого барона

Я испытывала к ней жалость и брезгливость одновременно. Однако, как бы я к ней ни относилась, но понять мать, похоронившую сына, не так и сложно, было бы желание. Кроме того, беспокоила меня не столько она, сколько свекор, оставшийся без поддержки.

Проблем с деньгами, похоже, у моего графа не было. Мы еще не дошли в беседах до финансовых вопросов, да и не казались они в этот момент важными. И без денежных тем нам было о чем поговорить. Саша просто нанял в старую башню управляющего, молодого и крепкого парня, которому были обещаны не только деньги, но и кусок земли рядом с городом, если он досмотрит стариков.

В общем-то, хотя соседи, безусловно, сплетничали о моей персоне, но траур в семье слегка прикрыл им рты. Все это мнимое спокойствие продержалось около двух недель. Сперва известие о смерти баронета Рудольфа, потом заупокойная служба в храме и поминальная трапеза в доме барона, которую помогла устроить по всем правилам моя собственная служанка, нанятая графом.

На поминки прибыла даже мать-настоятельница и о чем-то долго беседовала с баронессой в ее комнате. Сами поминки прошли чинно и строго, никто не сказал мне ни одного дурного слова. Может быть, потому, что я приехала в массивной графской карете и с охраной из шести его солдат. Меня слегка сторонились, но, в целом, относились весьма вежливо. Все же, с их точки зрения, я чем-то крепко зацепила графа и со мной лучше не ссорится, по крайней мере -- пока.

Но вот через две недели, когда в очередное воскресенье в храме священник оповестил о помолвке вдовы баронетта и графа Освальда фон Ваермана, город взорвался…

Глава 12

КЛЭР

Служанка Мирин, которую нанял мне граф, была работящей и не болтливой.

Я думала о том, что считаться любовницей графа настолько позорно, что даже служанка, получив от графа хорошее место, этого самого места стыдится.

"Саша велел мне на обстановке не экономить, а обустроить покои под себя так, чтобы мне и в дальнейшем удобно было ими пользоваться. Поэтому в гардеробной сейчас топтались рабочие, накладывая заплатки на штукатурку и тихонько переругиваясь.