Невеста на выходные

По-моему, чем медленнее, тем лучше. Отвались колесо – я и вовсе обрадовалась бы. Однако сколько веревочке не виться, все равно конец будет.

Не прошло и получаса с начала пути, как карета замедлила ход, а затем остановилась. Я отогнула пальцем уголок кожаной шторки и вгляделась в темноту. В многочисленных окнах замка горел мягкий свет. Несмотря на выходной день и усиливающиеся холода, в Винтер-Касл кипела жизнь.

Я лично убедилась в этом, едва переступила его порог. Приятная музыка и негромкие разговоры заглушали звон посуды и доносящиеся отовсюду звуки шагов.

Правда, одни из них быстро усиливались."

"Вместо ожидаемого дворецкого мне навстречу вышел высокий шатен в прекрасно сшитом темно-сером щегольском фраке, того же цвета брюках, серебристой жилетке и высоких, до зеркального блеска начищенных сапогах.

Черты молодого человека были хорошо знакомы мне, но чем дольше я смотрела на него, тем больше мной овладевали сомнения.

– Дэниел? Это ты? – не удержавшись, прохрипела я.

– Так сильно преобразился? – осведомился друг приятным низким голосом.

Уголок его рта приподнялся, выражая то ли насмешку, то ли удовлетворение, и на щеке появилась ямочка. Я и раньше замечала их у соседа по парте, но они никогда не казались мне притягательными.

– Не то слово, – отозвалась я, прочистив горло, и принялась внимательно его разглядывать.

Вечно взлохмаченные каштановые волосы были причесаны сегодня с особой тщательностью и в свете хрустальных люстр отливали золотом.

Куда-то исчезли очки, открывая взору красивые темно-коричневые, почти черные глаза и длинные ресницы. На мизинце появилось кольцо с фамильным гербом Колтренов. К тому же, как выяснилось, широкая мантия скрывала ото всех хорошо сложенную мужскую фигуру.

Этого Дэниела Колтрена я совсем не знала.

Он подошел ко мне и отвесил легкий поклон, после чего взял за руку и на миг прикоснулся губами к тыльной стороне ладони.

– О тебе могу сказать то же самое, Адель.

Или вы предпочитаете лира Аделина? – Дэниел принял серьезный вид, но уголок рта продолжал подрагивать.

Ему хотелось широко улыбнуться, тем не менее он изо всех сил сдерживался.

– Только попробуй и следующую лабораторную работу по зельеваренью будешь делать сам! А в состав зелья от кашля, насколько я помню, входит твоя «любимая» солодка, – проговорила я с напускной строгостью, все еще пытаясь привыкнуть к новому образу друга.