Невеста фараона

— На конкурс! — декан округлил глаза и поднял указательный палец вверх. После чего сдвинул брови и изрек, — Измайлова, не порть нам статистику. Если нужно, я освобожу тебя от занятий до конца съемок. Сколько у вас еще смен?

Он строго посмотрел на Романова. Тот улыбнулся:

— Четыре. Ну, может пять если понадобятся досъемки.

— Видишь, Измайлова, не так и много. Не перетрудишься. Раз уж назвалась груздем, то и нечего из вагона на ходу выпрыгивать.

В последнем предложении связи я не уловила. И вышла из кабинета этим озадаченная.

— Так что, Даша, пойдем обсудим график съемок, — Романов закрыл за нами дверь, тут же поймал меня за талию и с силой притянул к себе.

Вот же нахал, плевать ему что преподаватели за спиной.

— Отпусти ее, подонок! — Вика сейчас походила на богиню Изиду, в праведном гневе кинувшуюся на защиту своего сына от крокодила.

Я тоже заворочалась в тисках крокодила, тьфу ты, своего бывшего:

— Отпусти меня!

— А то что? — он усмехнулся рядом с моим ухом и прошептал, — Прыснешь в меня волшебными каплями? Заставишь остолбенеть?

— Не боишься?

— Не-а.

Одной рукой он прижимал меня к себе, а другой быстро прошелся по моим карманам, задерживаясь, разумеется, в самых интересных местах. И плевал он на мое отчаянное сопротивление. Я ему пару раз ногой в голень заехала и ничего. Стойкий, демон.

— Потому что у тебя ничего нет!

Я чуть собственный язык от досады не проглотила. Он ведь прав, зелье у меня закончилось. И мандрагору я всю бездумно истратила.

— Отпусти ее, сволочь! — Вика накинулась на Романова с кулаками. Я добавила ему пинками по чувствительным местам на ногах. До каких дотянулась.

А он только теснее прижимался ко мне и сердце в его груди так билось, что мне под лопатку отдавало.

— Дашка, — шептал он на ухо, — Дашка, я так скучаю!

— Ага! — я мотнула головой, — Наложнице своей расскажи об этом.

— Она мне не наложница.

— Вот только не начинай. Я все сама видела.

— Ты все неправильно поняла.

— Молодые люди! Что вы себе позволяете! — возмутилась вовремя вернувшаяся в приемную секретарша декана.

Мы все замерли, как были. Вика с занесенным кулаком над головой Ромнова, ну а о нас лучше и не говорить. Щеки зажег алый стыд. В горле так запекло, что я закашлялась.

— Да отпусти ты меня, демон! — это я так прохрипела?

Тут кто из нас демон еще подумать, если судить по голосу. Видимо и на Романова мой тембр подействовал.