Невеста для сердцееда

Нет!

Он усмехнулся:

— А я-то не считал вас ни трусишкой, ни лгуньей.

— Я ни та ни другая!

— Так докажите это. Для этого нужно выйти через двери в дальней стороне бального зала. Вы окажетесь на террасе. Повернете направо, увидите целый ряд французских дверей. Откройте четвертую по счету, попадете в маленький кабинет, который почти никогда не используется. Я буду ждать вас там, проследовав иным маршрутом.

Генриетта взирала на него снизу вверх, не зная, что именно в его вопиющем предложении сердит се больше всего.

Ей в голову пришла ужасная мысль. Дебен неспроста настолько хорошо осведомлен о расположении комнат в этом доме и, не задумываясь, может указать дорогу к секретному кабинету. Наверняка в прошлом он уже не раз пользовался этой комнатой для любовных свиданий.

— Долго же вам придется ждать. — Ее грудь высоко вздымалась от обуревавших эмоций.

— Хорошо, — промурлыкал он с одобрением в голосе.

— Что значит «хорошо»?

Он ее все же не хочет? Дразнит? Или испытывает? Ну почему поступки этого мужчины так трудно понять?"

"— Я хочу сказать, что ваш нынешний внешний вид убедил всех окружающих в истинности последних сплетен. За нами сейчас наблюдают все. Прошу, только не оборачивайтесь! Пусть ваше негодующее личико будет по-прежнему обращено ко мне. Да, вот так. Пусть считают меня сатиром, — добавил он, скривив губы в зловещей плотоядной усмешке.

Ах, значит, он не лгал о том, что хочет ее. От облегчения у Генриетты едва не закружилась голова. Но всего на мгновение. В следующий миг она вспомнила отвратительные подозрения леди Карлеон.

— Но в таком случае ваша сестра восторжествует. Это неправильно.

— Мне не так повезло с братьями и сестрами, как вам. Как бы я ни старался, не удалось преодолеть привитой им в детстве ненависти ко мне, ставшей результатом несправедливого обращения.

Его лицо, до сих пор перекошенное, как у сатира, смягчилось, в глубине его черных глаз Генриетта уловила проблеск печали.

— Исполните мою последнюю просьбу, прежде чем мы расстанемся, — сквозь зубы процедил Дебен. — Позвольте поцеловать вас. Позвольте отведать на вкус вашей неискушенности, свежести, чистоты. Всего один раз. Неужели я так многого прошу?

Генриетта стремилась к нему всем существом.