Наваждение генерала драконов

— Неужели я задал такой сложный вопрос, лера? Что же меняет мое к вам обращение? — Он прищурился, ведя какую-то свою игру, смысл которой я не понимала.

— Для меня меняет все, — выдохнула я, пытаясь, вернуть свои мысли в нужное направление.

— А для меня ровным счетом ничего. Ора, лера... Все едино. Никогда не страдал возвышением собственной расы над магами или оборотнями... Да и против ведьм ничего не имею. — Он подошел к перилам и, согнувшись, сложил на них руки. Замер. Просто стоял и смотрел, как капли бьют по небольшим лужам на каменной тропинке.

— Вы видели оборотней? — прошептала я. — Говорят, они населяют континент через океан.

Он не отреагировал на вопрос. Молчал и всматривался в одну точку, словно уйдя в себя.

Поняв, что ответа не будет, пожала плечами и решила, что мне лучше вернуться в комнату. Развернувшись, сделала лишь шаг и тут же услышала тихое:

— Не уходи... ора. Мне тоже не спится... Вместе не так одиноко коротать ночь.

Тон его голоса стал подкупающе мягче. Да и выглядел он в этот момент не как хамоватый генерал.

Подумав немного, я взглянула на него и хитро прищурилась.

— Чего же вам не спится? Совесть является мучить за загубленные жизни магов?

Его плечи затряслись и до меня долетел тихий смешок.

— Нет, лера. Совесть для военачальника — ненужный элемент.

— Тогда что же вы здесь делаете?

— Сам не понимаю, что со мной, — улыбка сошла с его лица.

Ну вот, не одну меня, значит, во снах душат кошмары. Даже немного жалко стало этого огромного мужчину.

Вернувшись, я уцепилась за перила и, подпрыгнув, уселась на них сверху. Генерал вздрогнул и, резко рванув ко мне, схватил за плечо так сильно, что напугал. Открыв рот, я лишилась дара речи.

— Генерал... как вас там... — С перепугу и имя его позабыла. — Вы что творите?

Он вскинул голову и уставился на меня в упор безумным, шальным взглядом. Моргнул. В его ледяных глазах снова появилось пламя. Зрачок пульсировал как бешеный: он то сужался до тонкой нити, то вновь становился человеческим. Подавшись вперед, мужчина втянул в себя воздух, его ноздри расширились.