Наваждение генерала драконов

— Осторожнее прошу тебя, — мой голос дрожал.

— Не переживай, огонек, я не позволю тебе оказаться за бортом, — дракон откровенно веселился. — Просто хочу сорвать для тебя лилию.

— Не стоит, — я взглянула на прекрасные розовые цветы. На их листьях узором красовались красные пятна и правда как кровь. — Пусть они растут.

— Все девушки любят букеты, — Хэйл пристально следил за мной, улавливая эмоции.

А я... А мне... Вот запуталась совсем. Чего хочу? Чего мне нужно? Ульви женить? Браслет Хэйла получить? А зачем тогда женить брата, если сама у храма окажусь? А вдруг все это игра? А если нет?

Как же я ненавидела неясность и смуту в собственной душе!

— И скольких прелестных драконесс и магичек ты ими осчастливливал? — с придыханием уточнила я у генерала.

— Хм, — он крепко призадумался, что мне совсем не пришлось по душе. Неужели так много? — Не одной, — Хэйл развел руками. — Даже обидно сейчас стало. Я вообще никогда ни за кем не ухаживал. С тобой все как в первый раз...

О, мне было приятно это услышать.

— Ладно, но только одну лилию.

— Да, — он потер подбородок, — уже и как-то жалко рвать такую красоту.

А у самого в глазах озорной блеск. Так да...

— Ну и хорошо, значит, и никаких ухаживаний нет. Уже легче.

Генерал нахмурился и, резко склонившись, ловко сорвал лилию. Даже всплеска не послышалось. Секунда и на мои колени лег нежный цветочек.

— А они стоят в вазе? — спохватилась я.

— Не знаю, вредина моя, — он покосился на свой презент.

— Наверное, нет, тогда я засушу его. Мне еще никто никогда не дарил цветы.

— И тут я у тебя первый? — он улыбнулся как мальчишка. — Правда?

Я уже хотела было сказать «да», но память подсунула мне воспоминание из прошлого. Передо мной, как живой, встал образ Оуэна, держащего охапку полевых цветов, собранных у реки.

— Неправда... — выдохнул Хэйл. — Я вижу это в твоих глазах. Все тот же призрак из детства?

— Мы были детьми, — прошептала, не сумев скрыть горечь и тоску.

— Ты не пошла? — мужская рука поймала мою ладонь и сжала успокаивая."

"Я покачала головой, вспоминая пьяного отца. Крики, разбитую посуду. Мать, которой не было дело до семейных распрей и меня. Злорадствующих братьев, которым как раз и удалось улизнуть из дому.