Невеста черного Медведя

Поняв, что что-то не так, я разомкнула веки. И ошалевше уставилась перед собой.

Где это я?

Испуг сжал сердце.

Поляна, мужики полуголые, огромные, накачанные. Подо мной жёсткая лавка.

И только спустя пару секунд я вспомнила, что со мной вчера приключилось.

Осознание накрыло с головой.

Я жива, но попала в какой-то средневековый филиал ада: ни тебе туалета и ванны, вокруг сплошная антисанитария. Мрак беспросветный. А ещё я человека убила, и, кажется, за мной пытается приударить настоящий оборотень, который думает, что я парень.

Вот влипла.

Голова гудела, сознание штормило. Свет слабо резал глаза. В горле тошнотворный ком. А вот со спиной дело обстояло лучше. Ныла, конечно, но вполне терпимо. Прокашлявшись, глухо застонала. А после, превозмогая себя, выбравшись из спальника и села, плотнее сжав полы куртки, которая была мне ой как велика.

Холодно. Зима в самом разгаре, а я на открытом воздухе сплю. Как бы ни подхватить воспаление.

Около стола, на котором готовили, крутился рослый худощавый мужчина, окинув меня взглядом, он нахмурился.

— Часто болеешь? — задал он неожиданный вопрос: не здрасте тебе, ни какой прекрасный день, а вот так с ходу о личном.

— Нет, а вам-то что? — ответила я, подозрительно прищурившись.

Странный тип. Чего-то толчёт в деревянной плашке, вокруг травки сухие, порошки: прямо мужской аналог Бабы-Яги.

— Если спрашиваю, значит, нужно, — грубовато гаркнул он.

Подсобравшись, сглотнула.

— А у вас сколько женщин за последнее время было? — пошла я в атаку, желая сразу поставить этого мутного незнакомца на место.

— А тебе зачем? — задал он правильный вопрос, кажется, даже растерявшись.

— Если спрашиваю, значит, нужно, — вернула я ему его же ответ. Нахмурился, подумал немного и рассмеялся. При этом незнакомец заваривал какие-то травы. Скатывал сухие листики, шинковал корешки.

Кажется, до меня стало доходить.

— Вы Хайтар, — догадалась я, что передо мной лекарь.

— Да. Что со спиной? Фав сказал — куртка в крови была. Покажешь?

Ага, сейчас я тебе всё показала. И даже пощупать дала.

— Нет, — покачала я головой.

— Чего так, скромный такой? — поддел он меня.

— Да, уж поскромнее, — я невольно сосчитала взглядом четыре кубика пресса на его плоском животе.

— Ну, допустим, стеснительный. Что у тебя там, порез? — допытывался он.

— Нет, меня высекли — призналась я, — ещё по голове приложились.