Невест так много, он один

Уважаю! Мне так никогда не суметь! Всё же есть что-то пронзительное и жуткое в темно-карих, почти угольных глазах. Когда зрачок практически сливается с радужкой — выглядит впечатляюще и проникновенно. С зелеными глазами такого эффекта никогда не достичь, как бы я ни старалась.

— Марио! Я к себе, приготовь всё необходимое. Дамы, — раздраженно поклонился владелец виллы гостьям, которые отчего-то хранили молчание.

Ан нет, не все такие робкие. Та самая «гусыня» выступила вперед, выпятила необъятный бюст, шумно захлопнула веер, которым только что обмахивалась, стараясь отдышаться, и не терпящим возражений тоном обратилась к маркизу:

— Ваше сиятельство, это недопустимо! Ваш слуга плохо выдрессирован и груб! Он посмел предложить мне и моим девочкам одну комнату на троих! Представляете?! И как мы должны размещаться? А ведь мы.

— Да-да! — вмешалась еще одна леди преклонного возраста, хватая за руку юное эфемерное создание в кружевах и бантиках и вытаскивая его вперед. — Нам с Офе́лией тоже выделили общую спальню.

Остальные дамы, их дочери и служанки загомонили.

И тут меня подергал за рукав подобравшийся вплотную Лекс:

— Ой, что сейчас буде-е-ет! Давай-ка скроемся.

— Марио!!! — от рыка маркиза ди Кассано я аж присела. Вот это глотка-а-а! Всё, я сражена и покорена! — Немедленно приготовь мои вещи, я уезжаю!

— Как уезжаете?

— Куда уезжаете?

— Но, позвольте?!

— Ее величество сказала.

— Повеселимся? — шепнул мне кто-то в ухо, а щеку обдало прохладой.

Я повернула голову, не забывая при этом потихонечку красться вдоль стены к коридору, в который меня тащил Лекс, и увидела призрака. Полупрозрачный Кассель ди Кассано, не видимый никем, кроме меня, направился к жертвам. Потыкал одну из них пальцем в высоко взбитую прическу. Пощекотал вторую под подбородком. Дунул в глубокое декольте третьей... И так далее. Они ёжились, начинали испуганно осматриваться.

— Бу! — прошептал призрак в ухо графине Гармонии ди Люстре.

И я оглохла от ее визга.

— Призрак!

— Привидение!

— Убивают!

— Я умираю!

Ополоумевшие курицы бросились врассыпную. Хотя нет, я слишком плохо о них думала. Не врассыпную. Часть ринулась наверх, в отведенные им комнаты, а некоторые, особо «впечатлительные», попадали в обморок прямо к ногам маркиза. Причем аккуратно, чтобы не помять наряды, не испортить прическу и выставить декольте в наиболее выигрышном свете.