Невест так много, он один

Леди Рамона и ее спутница тоже покидали нас.

Занятно всё же леди выбывают, пачками.

Невест осталось две: Габриэлла и Консуэла. Две самые тихие и неприметные, которые не лезли вперед, не устраивали скандалов и истерик. А вот поди ж ты, всех пересидели.

Заканчивали трапезу в тишине. Лекс вообще не появился. Уверена, он успел наесться в башне, а потом сбежал по своим мальчишечьим делам.

Отложив приборы, маркиз встал.

— Дамы, — чуть склонил голову перед пришибленными гостьями.

— Леди Эрика, вы мне нужны. Я сейчас уезжаю и не появлюсь следующие пару недель.

— Что? — встрепенулась Габриэлла. — Вы уезжаете? А как же мы? А как же свадьба?

— Свадьбы не будет, — позволил себе усмешку лорд. — Меня ждут работа и преступники.

— Но ее величество... — заикнулась Консуэла, обменявшись взглядом с единственной оставшейся конкуренткой.

— Ее величество в своем письме попросила меня провести в вашем обществе несколько дней, чтобы присмотреться к вам и позволить рассмотреть себя.

Вы меня рассмотрели?

— Да, — потупилась Габриэлла.

— И как? Я вам настолько понравился, что вы готовы делить меня с леди Эрикой? Учтите, я с ней расставаться не стану. Она будет рядом со мной каждый день и каждую ночь.

В меня воткнулось несколько ненавидящих взглядов. Я вздохнула и продолжила жевать изюм. Конец моей репутации. Хоть девственность осталась, и то счастье.

— Я не только не стану расставаться с ней, но и намерен содержать ее и дальше.

Наряды, драгоценности — она будет их получать столько, сколько пожелает и сколько я захочу ей подарить. И это даже не обсуждается.

Мне захотелось сползти под стол и спрятаться под скатертью. Девушки внезапно оглохли, ослепли и поглупели. А еще оголодали. Ничем иным я не могу объяснить внезапно проявившуюся активность в поглощении диетической кашки."

"Слабительного им, что ли, опять подлить? Бесят меня все. И невесты эти, которые никак не разъезжаются, а я уже устала придумывать, чем их отпугнуть.

И начальник, который за мой счет изводит их. И призрак, который летает по столовой и дышит в затылок и в декольте то одной, то другой даме. Хорошо хоть молчит, но всё равно раздражает и отвлекает.

Я зыркнула на Касселя. Тот как раз в этот момент глянул на меня и поймал волну моего негодования.

— Потерпи, дорогуша. Осталось всего две, — ухмыльнулся он.