Невест так много, он один

Но с чего вы взяли, что я гожусь вам в отцы? Я настолько старо выгляжу?

— У вас уже есть сын, — качнула я подбородком в сторону притихшего Лекса. — И насколько вижу, ненамного младше меня. Может, вы лучше станете моим опекуном, а? А там уж пусть дальше наши потомки расхлебывают? — мило улыбнувшись, похлопала я ресницами.

— Бездна вас задери! — прошипел ди Кассано и потер лицо руками. А я вдруг поняла, что он ужасно уставший, и глаза у него красные не от ярости, а от недосыпания. — Как же вы невовремя! Теперь от меня не отвяжутся ни ее величество, ни матушка.

— Вас заставляют жениться? — спросила я, а сама уставилась на болтающегося у стены призрака, ожидая пояснений.

— Мой дорогой потомок так успешно избегает брачных уз последние четырнадцать лет, после рождения Лекса, что ее величество и маркиза Эстебана... — тут лорд хохотнул, — уж и не знают, как бы дотащить его до алтаря.

Лекс, находящийся по эту же руку от меня, воспринял мой вопрос на свой счет, зыркнул сердито и тихо ответил:

— Я баста́рд6, хоть и признанный.

Отца последние лет десять пытаются заставить заключить брак с приличной породистой леди, потому что нужен законнорожденный наследник.

У меня вытянулось лицо. Нет-нет-нет! На такое я не подписывалась! Никаких законнорожденных наследников! Мне бы с годик продержаться, а там... Я же всё продумала! И я совершенно точно не подхожу под определение «породистая». Вернее, с родом-то всё в порядке, если не считать того, что он обеднел и вымер.

Хозяин кабинета затих, уткнувшись лицом в ладони, и я едва слышно спросила у парнишки:

— А твоя мать?

Он презрительно дернул плечом, поджал губы и отвернулся, будто не услышал.

Ответил призрачный лорд Кассель.

— Эльфийка. Любительница поразвлечься. Погостила на вилле три дня, поскольку зарядили дожди, а ей не хотелось мокнуть. Соблазнила ради забавы одного юного олуха, — кивнул он на Риккардо, который не слышал наш разговор с привидением. — И спокойно поехала дальше в свои леса. Мы даже имени ее не знаем, просто одна из многих перворожденных.

А спустя некоторый срок явился посыльный, вручил пятнадцатилетнему подростку пищащий сверток, заявил, что появившийся на свет в результате досадного недоразумения полукровка матери не нужен, и она знать не желает ничего о нем. Пусть отец сам воспитывает, если ему надо. Или отдаст в приют, если бастард и ему некстати. Судьба этого младенца ее не интересует."

"Онемев от такой циничности, я выпрямилась и сидела, будто кол проглотила.