Невероятная подстава, или Хочу быть вашей мамой (СИ)

– Вы! Ещё раз мне «тыкнешь», я тоже «тыкну», только вилкой в глаз! – осадила нахалку. – Смущает, что я села на место своего мужа? Что ж, можешь занять моё.

Серые глаза девушки затравленно метнулись от моего лица к предлагаемому стулу и обратно.

– Что? Позавчера же садилась и, что примечательно, на подмоченный подол не пожаловалась. Может, тебя и... Хм, гвоздь в мягком месте не смутит? – посмотрела я на приготовленный для меня детишками презент.

Надо признать, внушительный презент: длинный, сантиметров пять, не меньше, и радующий глаз блестящим остриём.

Тётушка промолчала, с надеждой покосившись на дверь. Ага, мечтай больше!

– Он не придёт, – сообщила я спокойно, отрезая крохотный кусочек блинчика. – И просил передать, что не против сокращения занятий. Более того, настаивает, что субботу и воскресенье необходимо сделать выходными. А мне велел проследить, чтобы его приказ был исполнен.

Дура побледнела, а на личиках детей расцвели робкие улыбки.

Аппетита не было. С трудом доела блинчик и, отодвинув от себя тарелку, поднялась из-за стола.

– Спасибо за компанию, но я вас покину. Если понадоблюсь, я в библиотеке, – проинформировала собравшихся, специально уточнив, где меня искать.

Что ж, маленькие дьяволята, посмотрим, на что ещё вы способны! А пока буду ждать очередной пакости, попытаюсь найти ответы хотя бы на пару мучающих меня вопросов.

В цитадель знаний отправилась не одна – Ричи присоединился, едва я вышла из столовой, и молча засеменил рядом. Ну и правильно, не стоит нам с псом болтать при свидетелях!

Дойдя до библиотеки, я обвела взглядом внушительные стеллажи с разноцветными корешками книг и грустно вздохнула.

– Эх, жаль, что ты читать не умеешь, помощь бы мне точно не помешала, – обратилась я к догу, естественно, сначала плотно закрыв дверь.

– Не умею, но могу дать мудрый совет.

– И какой же?

– Вот смотри. У меня все миски подписаны... Сам не знаю, зачем люди это делают? Действительно считают, что мы разбираемся в их закорючках?

– Ты отвлёкся, – с улыбкой оборвала я опять ударившегося в философию пса.