Невест так много, он один

Кассель будет стоять на карауле и предупреждать о приближении голодных озлобленных леди к запретной зоне – кухне.

– А я? – кусая губу, чтобы не улыбаться, поинтересовался лорд Риккардо.

– А вы, шеф, будете наводить трепет и ужас на гостей. – Полюбовавшись на округлившиеся глаза будущего «пугала», продолжила: – Ваши невесты должны осознать страшное: если они станут вашими супругами, впереди их ждут долгие голодные годы, потому что вам нравятся очень стройные и бледные девушки.

– А почему бледные? – вмешался Лекс.

– От недоедания, – пояснила я.

Мы, трое живых, обменялись многозначительными взглядами. Я для полноты картины ещё и бровями поиграла.

Призрак снова хохотал. Чувствую, в его не-жизни наступили долгожданные весёлые времена.

– Эрика, вы страшная женщина, – тихонько сообщил мне лорд Риккардо, когда мы опустошали кладовку под предельно изумлённым взглядом поварихи, пришедшей спозаранку ставить опа́ру для теста.

– Девушка, ваше сиятельство, – исправила я его. – Не женщина.

– Это не меняет сути. Вы явились только вчера, уже перевернули всё с ног на голову, втянули нас всех в безумную авантюру и…

– И избавляю вас от неугодного брака, помогаю вашему фамильному призраку не скучать и не донимать домочадцев, вашему сыну показываю, что не всё запретное запрещено так уж строго. И лично участвую в ограблении кухни. Достаньте-ка вон с той полки банку варенья, – указала я в нужную сторону.

– Его заберу я, – сняв и повертев банку в руках, внезапно заявил мой собеседник.

– Это почему ещё?! Я тоже хочу варенья! – немедленно возмутилась я. Не родился ещё тот, кто у приютской сироты мог бы безнаказанно утащить варенье из-под носа.

– Оно вишнёвое. Вам не понравится.

– Отлично! Я обожаю вишнёвое варенье! Уступите девушке.

– Девушки должны быть стройными! – невозмутимо прижав к груди банку, заявил маркиз.

– У меня всё отлично со стройностью.

– Не отдам!

Мне кажется или этот взрослый мужчина, почтенный отец взрослого сына, маркиз, владелец большого состояния, сейчас совершенно по-детски наслаждается грабежом кухни и спором из-за сладости?

– Отец, вы всё? Эрика? – заглянул к нам Лекс.

– Твой отец нагло присвоил последнюю банку варенья! – немедленно сдала я лорда.

Мальчишка захлопал глазами, после чего шёпотом спросил:

– Вишнёвого? – Я кивнула, и он пояснил: – Не отдаст.