Невест так много, он один

 – И всё с такими милыми мерзкими улыбочками, что прямо в горло вцепиться хочется. А нельзя.

– Друг мой, а тебе кто мешает говорить им в ответ гадости? Но тоже с милой улыбочкой и, разумеется, тщательно завуалировав. Ты ведь знаешь, что ни одна из них твоей мачехой не станет?

– Отец, точно не станет? – озадаченно отложил приборы и откинулся на спинку стула Лексинталь.

– Абсолютно и несомненно! Ни одна из куриц со мной к алтарю не пойдёт, – бросил на меня быстрый взгляд маркиз."

"– Вот видишь. Значит, ты можешь себя вести как капризный, избалованный, вредный ребёнок, который ревнует папеньку к возможной будущей жене.

– А я не умею. Я ведь от них всё время прятался. Ещё ж и леди Эстебана часто приезжала.

– Ой, да что там уметь? Надо их спровоцировать, а как начнут – тут и ты. Что бы такого сделать-то, чтобы они гарантированно начали тебя шпынять?

– Напомнить им, что во мне эльфийская кровь и что я незаконнорождённый.

– Уши? – тихонько спросила я, глянув на эту часть тела полукровки.

Он нервно подёргал себя за мочку.

– Слушай, ты ведь понимаешь, что стыдно быть глупым, невоспитанным и необразованным? При этом стыдно не самого факта, а того, что не пытаешься его исправить. А стесняться себя и своей внешности – глупо. К тому же ты очень красивый. Через пару лет его сиятельству придётся завести свору собак, чтобы они отгоняли от тебя девчонок.

– Чего?! – вытаращился на меня Лекс.

– Того! Красавчик ты, говорю. Маг с двумя видами дара – врождённым эльфийским и жизни. Выучишься, получишь образование и диплом, отец по блату поможет тебе занять хорошую должность при дворе, если ты сам шанс не профукаешь. Выслужишься, заработаешь себе сам состояние и титул, раз уж по закону к тебе не может перейти фамильный ди Кассано. К тому же, скажу по секрету, многим женщинам нравятся нетипичные мужчины.

Повисла пауза. Выплыл из стены вечно подслушивающий Кассель и завис рядом, серьёзно глядя на своего младшего потомка. Отложил приборы и немного нервно отпил из бокала воду лорд Риккардо. Сидел в прострации полукровка, таращась прямо перед собой в никуда.

– Правда, что ли? – спросил он шёпотом и моргнул.