Моя. По закону мести

 – А вашей даме?

– А моя Евдокия Андреевна будет…, – приглушенно, но весьма разборчиво и четко изрек Ирбис, ведя Дуню за собой, а оказавшись перед столиком с удобными диванчиками, взглянул на спутницу, – Дуняша, чего тебе хочется?

– Кофе. Капучино, – несмело, все еще пребывая в удивлении, ответила Дуня.

Дуняша? Он ее назвал Дуняшей? Наверное, только мама ее так и называла. Еще в детстве.

– И мне давай кофе, Семен, – кивнул Ирбис.

Мужчина удалился, а Георгий помог Дуне занять свое место за столиком. Сам сел рядом, что слегка порадовало, и вместе с тем расстроило.

Порадовало – потому что можно спокойно сидеть и не ловить на себе цепкий изучающий взгляд напротив.

Расстроило – потому что руки Дуни Ирбис так и не выпустил. Наоборот, устроил ее ладонь на своем бедре и накрыл могучими пальцами.

* * *Глава 11

Дуне все казалось странным… А хотя, нет. К молчаливому Ирбису она уже начала привыкать. Непривычным было иное: теплые, даже обжигающие прикосновения пронизывали ее руку до костей, но вырвать ладонь из крепкого захвата хотелось все меньше.

Вокруг – тишина, которую нарушала только негромкая музыка, и, казалось, что все работники ресторана куда-то испарились. Только что официант принес две чашки кофе и тут же исчез.

Георгий молчал. Дуня слышала негромкие сигналы, прилетавшие на телефон Ирбиса. А сам мужчина никак не реагировал на них. Не тянулся рукой в карман пиджака, пожалуй, даже не шевелился.

И девушка все сильнее ощущала напряжение, повисшее за столиком.

И когда негромкие короткие сигналы сменились длинным звонком, Георгий приглушенно выругался и полез в нагрудный карман пиджака. Для этого мужчина выпустил Дунины пальцы. А сама Дуня тут же обхватила ладонями чашку.

Уставившись взглядом с кофейно-молочную пенку, девушка чувствовала на себе недовольный взгляд Георгия. Но трусливо не смотрела в ответ. Ей казалось, что всего этого слишком много… Слишком близко был к ней Ирбис… Слишком откровенные мысли просыпались в ней сейчас… Слишком непреодолимым было желание сбежать от этого страшного человека, и слишком сильно хотелось остаться.

После короткого телефонного разговора, Ирбис нахмурился еще больше. И Дуня поняла, что их короткое уединение подошло к концу. Наверное, Дуня даже обрадовалась тому, что ей разрешат покинуть этот элитный, вычурный и пугающий ценами торговый центр.

– Мне нужно уехать. Тебя отвезут в особняк, – напряженно обронил Георгий.

А Дуня вдруг повернулась в его сторону.