Несносные дочери леди Элизабет 2

 – Что же произошло?

Амели, которая всё ещё пыталась подавить смех, прикрыла рот рукой и выдохнула:

– Не могу забыть его изумлённое и обиженное лицо!

Эта фраза вызвала новый взрыв смеха у всех, включая Роберта, который обычно старался сохранять сдержанность в нашем присутствии.

– О ком она говорит? – спросил Хэмонд, глядя на сына с удивлением и радостью одновременно.

Роберт, всё ещё улыбаясь, покачал головой:

– Мы встретили в Королевском парке моих старых знакомых из Академии. Один из них, Дариус Фелд, всегда любил прихвастнуть своими умениями.

– И он, конечно же, не упустил случая напомнить об этом, – подхватила Лорен, снимая перчатки. – Заявил, что никто не может сравниться с ним в меткости, особенно в стрельбе по движущимся мишеням.

– Да, он всегда был самоуверенным ослом, – фыркнул Роберт, но без прежней неприязни, которую обычно проявлял в разговорах. – Когда он увидел меня, то сразу предложил пари.

– И тут вмешалась Лорен, – гордо объявила Амели, бросив восхищённый взгляд на старшую сестру. – Она сказала: «Прежде чем спорить с лейром Вайлишем, может быть, стоит сначала потягаться со мной?»

– Видели бы вы его лицо! – воскликнул Роберт с искренним весельем. – Дариус был уверен, что это шутка. Но когда Лорен достала свой арбалет и приготовилась стрелять…

– Он сначала отказывался, – продолжила Лорен, и в её глазах блеснули озорные искорки.

– И что же произошло? – спросил Хэмонд, уже догадываясь по их радостным лицам о результате состязания.

– Лорен поразила все шесть яблок, даже не напрягаясь, – с гордостью сказал Роберт. – А Дариус промахнулся дважды. И это лучший стрелок Академии! – Он покачал головой, словно до сих пор не мог в это поверить.

– Его лицо стало таким красным, словно он сам превратился в яблоко! – воскликнула Амели, и все снова рассмеялись.

– А его друзья, – добавил Говард, который до этого молча стоял у двери, – громче всех смеялись над его поражением. Особенно когда лейна Лорен предложила ему реванш с более сложными условиями.

Я не могла не улыбнуться, видя, как мои дочери, Роберт и даже Говард так легко и весело общаются друг с другом.