Нерушимый 6

Как я и полагал, после того, что между нами произошло, она вела себя, как заправский ловелас: словно ничего и не было, будто мы пару раз сходили в спортзал. Но другого мне было и не нужно. Я слышал, что бывают такие женщины, но вживую увидел впервые.

— Лады, прессанем врачиху, — пообещала она. — Через час заеду, адрес только напиши.

Приехала она минута в минуту. В салоне машины до тошноты воняло сигаретами, но я промолчал. Если удастся прорваться к Микробу, если он в состоянии воспринять реальность… Сколько «если»! Вот если совпадут все эти условия, включу «лучшего в мире психотерапевта».

В приемном покое психоневрологического диспансера дежурила уже другая медсестра, тихая и серая, похожая на моль, с накинутым поверх халата пушистым вязаным платком, тоже серым.

— Здравствуйте! — Семерка показала ксиву — моль перестала дышать и моргать, казалось, она оцепенела и сейчас окуклится и брякнется на пол.

С полминуты моль сидела неподвижно. Немного оттаяв, дрожащими пальцами набрала его по стационарной связи.

— Степан Александрович, тут к вам пришли, — она скосила взгляд на Семерку, шумно сглотнула и добавила шепотом: — Из КГБ.

Семерка подошла к столу и протянула руку, намекая, что ей нужна телефонная трубка. Медсестра сказала врачу:

— Да.

Семерка улыбнулась, кивнула мне и сказала:

— Здравствуйте. Меня зовут Юлия Брайшиц. Мне необходимо поговорить с пациентом, который находится у вас на лечении. Его имя…

— Федор Хотеев, — сказал я, она повторила."

"— Нам бы с ним с глазу на глаз побеседовать, Степан Александрович.

Что он говорил, я не слышал, но видел, что Семерка удовлетворена. Вот бы мне где-то такую ксиву достать! Девушка передала трубку медсестре, та поднесла ее к уху, кивнула и обратилась к нам:

— Сейчас мальчик вас проводит.

Она выглянула из кабинета и прокричала:

— Антон! Иди сюда.

Не прошло и минуты, как появился высокий очень худой печальный парень. Я читал, что постоянные пациенты дурки работают тут санитарами. Так вот этот парень как раз-таки тихого психа и напоминал.

— Проводи к Копылову, пожалуйста.

Когда мы покинули приемный покой, мне показалось, что донесся протяжный выдох.

Кабинет заведующего находился недалеко.