Непокорная для боссов

Не будешь делать это добровольно, я привяжу тебя к себе силой. Поэтому если не хочешь исходить ненавистью ко мне, просто прими ситуацию. Будешь послушной — я буду относиться к тебе как раньше. Ещё раз выкинешь подобный номер — я буду с тобой только таким, как сейчас. Все ясно?!

Он снова убрал свою ладонь от моего рта.

— Это ужасно, — в моем шепоте раздались нотки отчаяния. — Очень больно. И унизительно. Я не думала, что ты такой. Я доверяла тебе. Мне казалось, что ты...

Я не стала дальше ничего говорить. Какой смысл? Я сама идеализировала Сабира и наградила его мнимым благородством.

— Искорка, — его голос наполнился теплотой, и он погладил меня костяшками по щеке. — Мне можно доверять. Симону — нет.

— Почему? — не понимала я. — Он ведь твой друг!

— Просто поверь мне на слово, — Сабир продолжал ласкать пальцами мое лицо, губы и шею. — Ты можешь с ним проводить время. Разводить его на рестораны, шмотки и безделушки — ему будет даже приятно стать для тебя этаким материальным спасителем. Именно поэтому он так против твоего повышения.

— Поняла, — кивнула я.

Ни черта я не понимала!

— Хватит паниковать, — с долей усталости проговорил Сабир. — Хватит бегать от меня. Держись все время рядом и будет тебе счастье.

— Да! — испуганно ответила я, чувствуя, как в тон Сабира возвращаются свирепые нотки."

"— Только попробуй меня ещё раз разозлить! — Сабир плотнее прижал меня к себе и схватил за волосы на затылке. — Не лезь больше в мои дела, даже если они касаются тебя или твоего бывшего. Я не нарушаю свои обещания. Сказал, что ты со мной будешь под защитой, значит так и есть. Остальное — не твое дело. Все ясно?!

Я молча кивнула. И хоть Сабир говорил со мной достаточно грубо, но я вновь почувствовала, что успокоилась.

— А теперь иди, — приказал Сабир, но сам продолжал держать меня в своих руках и прижимать к стене. — Иначе я тебя тут поимею со злости. А я не хочу это делать в грязном темном подъезде.

Я разочарованно выдохнула. Меня совсем не смущал темный грязный подъезд. Но хорошо, что в темноте Сабир не увидел как переменилось выражение моего лица.