Непокорная для боссов

Уготовив мне среднюю секцию, Симон приобнял меня за талию и заказал напитки и легкие салаты.

Хмм… Следит за своим весом? И что, нормально есть мы не будем? Я, конечно, тоже не обжора, но без порции белка я загнусь быстрее, чем попаду в постель к этим двоим.

Напитки официант принес почти тут же, а вот с салатом Симон попросил подождать и даже окинул каким-то многозначительным взглядом официанта, так что тот понял эту секретную команду.

Затем, подвинувшись ко мне вплотную, он приобнял меня и развернул к себе.

– Не волнуйся, – проворковал он, склонившись над моим лицом, – основное блюдо будет чуть позже.

Мне показалось или он выделил словосочетание «основное блюдо» какой-то особой интонацией?

Симон бережно уложил мои ноги себе на колени, вынуждая меня тем самым полностью утонуть в его объятьях, а затем нежно коснулся моих губ поцелуем. С каждой секундой, мужчина проникал языком все глубже в мой рот, включая свою страсть на полную. Ладонями он обхватил мою голову, словно закрыв мне уши от постороннего шума, и самозабвенно придавался ласкам.

В какой-то момент его поцелуй уже перешел черту грубости, и я вновь запаниковала.

Я должна уйти! Сейчас же! Плевать на все! Сейчас Симон изнасилует меня прямо на обеденном столе!

Я уперлась ладошками в каменные плечи мужчины и протестующе запищала, но мужчина и не думал идти у меня на поводу. Он уже откровенно хватал зубами мои губы, втягивал их в себя, вынуждая их распухать от такого грубого поцелуя и посылать в мое тело сотню неприятных колких иголочек.

Наконец, когда мое возмущение переросло в настоящее сопротивление, я почувствовала, как позади меня сел другой мужчина и прошелся ладонями по моему животику, вытаскивая блузку из-за пояса юбки.

Я затрепыхалась еще отчаяннее, но Сабир прошептал мне в макушку:

– Не бойся, Искорка. Тебя никто не обидит.

Глава 6.

От появления Сабира мне стало спокойнее. Несмотря на то, что Симон по-прежнему терзал мои губы в грубом поцелуе, но я смогла расслабиться, так как горячие ладони Сабира приятно согревали и успокаивали.

Действия Симона стали еще грубее. Он жадно целовал мои губы, облизывал их языком, выходя за их контур. Но теперь я перестала паниковать и позволила себе унять свои руки и просто положить их на плечи мужчины."

"Когда Сабир расстегнул последнюю пуговку, он распахнул на мне блузку и стянул ее с плеч.