Мой личный враг

— Нет, спасибо, — ответил Филипп по-французски, чтобы отстала, и улыбнулся ей лучезарной улыбкой.

Пришлось возвращаться и делать второй заход, не позволяя мыслям вернуться к Алекс.

С тележкой, доверху наполненной едой, он скучал в очереди к одной из многочисленных касс, когда неожиданно услышал восклицание, явно обращенное к нему:

— Филипп! Филипп, это вы?

Он оглянулся, выискивая московских знакомых, и неожиданно обнаружил прямо перед собой… Вику Терехину и Андрея Победоносцева.

Вика сияла ему навстречу зубами, косметикой, голубой норковой шубой, а высившийся за нею Андрей, глядя на Филиппа сверху вниз, рассеянно вспоминал, кто это.

«Пресвятая Дева Мария», — в приступе острой жалости к себе подумал Филипп.

— Вы меня не помните? — искрилась дружелюбием Вика. — Меня зовут Вика, — перешла она на английский.

— Кто это, Викуш? — пробасил сверху Андрей.

— Ах, боже мой, один французик, из «Фигаро» или еще откуда-то, — нетерпеливо ответила Вика. — Ты вряд ли его помнишь, он однажды был у меня в гостях.

— Привет! — тоже по-английски идиотски-радостным голосом отозвался Филипп.

— Гуд ивнинг, — старательно выговорил по-английски Андрей.

— Кстати, Катька мне рассказывала, что он женился на твоей бывшей. И вроде живет в ее квартире."

"— Что-что? — переспросил Андрей и посмотрел на Филиппа с внезапно пробудившимся интересом.

— А что? — развеселилась Вика. — Или тебе не нравится последователь идей чучхе, великого корейского вождя и учителя? Давай спросим, а? Умираю от любопытства…

— Как-то он не очень… — сказал Андрей, оценивающе глядя на Филиппа.

— А хвост-то, хвост ты видишь? — наподдала со своей стороны Вика. Хотя твоя бывшая такая дура, что ей все равно, наверное.

Филипп улыбался все менее старательно.

— Послушайте, — обратилась к нему Вика опять по-английски, и Филиппу пришлось сделать внимательное лицо. — Это правда, что вы… что вы… женились на Александре Потаповой? Она… она… — Английский перетек в русский: — Работала у меня, понимаешь, туземец?

Филипп кивнул довольно холодно: ему надоело изображать Петрушку перед двумя этими типами.

— Ну и что он кивает? — с интересом спросил Андрей. — Что понимает или что женился?

— А черт его знает, — радостно отозвалась Вика. Ее очень веселила мысль, что она может говорить этому человеку в лицо любые гадости, а он все равно не поймет ни слова.