Мой личный враг

С ее барахлом ему действительно было не управиться, тем более что он сразу сказал, что вещей нужно взять очень мало. Только то, без чего действительно невозможно обойтись, и то, что будет непосредственно надето на отъезжающего.

Ей было очень стыдно, что она совсем ему не помогает, а просто сидит сложа руки. Как инвалид.

Бабы-Клавин платок был припрятан на самое дно элегантного кожаного рюкзачка — подарок Филиппа к Новому году. С этим рюкзачком Александра сама себе очень нравилась и казалась необыкновенно стильной.

Она даже не позволила себе усомниться в том, что платок ей дала именно бабушка, когда Александра поехала в деревню навестить ее. Да и откуда еще ему было взяться?! В гардеробе таких платков не было, Александра, любившая порядок, знала это точно. В ящиках комода тоже. Как раз недавно в приступе нелюбви к себе Александра перебирала в комоде вещи и не видела там никаких платков.

Значит, все правда! Значит, Александра действительно виделась с бабушкой, и разговаривала с ней, и она сказала, что всегда любила свою внучку…

В это невозможно было поверить, это невозможно было описать словами, это было началом новой, совершенно особенной жизни, в которой Александре было отведено совсем другое место.

Место любимого ребенка.

Почему же она раньше не догадалась, что бабушка любила ее?

Филипп был прав — она не пристроила ее в детский дом или, как щенка, в хорошие руки, хотя вполне могла это сделать, и никто бы не осудил ее. Разве старому человеку под силу растить младенца? Да потом жить с этим подросшим младенцем на одну пенсию?

Нет.

Вот Александра и не рассмотрела.

— Алекс! — сказал Филипп. — Если ты не в силах оторвать задницу от кресла, чтобы собраться, свари хотя бы кофе!

Иногда она его раздражала.

Сидит, и на лице трагическое выражение, и руки сложены безвольно, и голова опущена печально, и весь вид как бы говорит о глубине отчаяния, захлестнувшего ее тонкую натуру."

"Тонкая натура даже не поинтересовалась, откуда у него пистолет и почему он так хорошо стреляет. И что именно он сказал приехавшим на стрельбу омоновцам. И не поблагодарила за то, что он заставил Павлика вмешаться и помочь ее драгоценному Ивану.