Мой личный враг

Пригрожу: если меня в один прекрасный день пристрелят, из-за границы придут мои бумаги, и тогда мало никому не покажется. Для начала я назначил на завтра пресс-конференцию у Лешки Бенедиктова на «Эхо Москвы», и мне уже по поводу нее звонили… Так вот, завтра я нашумлю, обрадую народ возвращением, а потом лягу на дно.

— Надолго? — спросила Лада, задумчиво его изучая.

— Думаю, что навсегда, — сказал он, скривившись. — Я ни на что больше не годен…

— А зачем мне щеку резали? — поинтересовалась, ни к кому конкретно не обращаясь, Александра.

 — Чтобы я умерла от потери крови?

— Не знаю, — сказал Иван, и Александре показалось, что он врет.

— Ивана здесь пока подстрахует Павлик, — подал голос Филипп. — Ему, конечно, неинтересно в чужие дрязги влезать, но выхода у него нет.

— Он что, тебе обязан? — язвительно спросила Александра, но Филипп только взглянул на нее и ничего не ответил.

— На этом я хочу поставить точку, — сказал Филипп после непродолжительного молчания. — Поблагодарим Пречистую Деву за то, что она сохранила всем вам жизни и даже отчасти здоровье.

Завтра Алекс и я улетим в Париж и вернемся, когда вся эта история станет… — он поискал слово, — …неактуальной. Если мы все рассчитали правильно, у Ивана не будет проблем с безопасностью. Соответственно, у Маши тоже. Лада не имеет к этой истории непосредственного отношения, ей вряд ли что-нибудь угрожает.

— Васятка назначения ждет, — сообщила Лада, — так что мы тоже, наверное, отбудем.

— Очень хорошо, — кивнул Филипп.

— И все-таки… кто? — с необычной для нее злобой спросила Маша.

 — Кто все это затеял? Я хочу…

— Нет, — перебил Филипп, — нет. Это не имеет значения и никак вас не касается. Вы и так чуть не сорвали всю комбинацию. Хватит."

"— Почему? — спросила Александра и поднялась, сжимая руки. — Почему мы все должны уезжать, прятаться, ложиться на дно и ждать, что Павлик нас подстрахует? В чем мы виноваты? Мы с Ладой ни за что ни про что потеряли работу, меня использовали как дуру, как пешку в играх вокруг этого фильма.

Нас едва не застрелили на Ванькиной даче. Маню чуть не исполосовали ножом вместе с ее пальто, меня лишь случайно не убили, и теперь мы должны… уползти? Затаиться? Мы что, хотели в это влезать? Или сами это затеяли? А Вика Терехина и Андрей Победоносцев? Они сильнее? Они-то остались при своих! А с фильмом, между прочим, Андрей меня подставил…

— Это не имеет значения, — сказал Филипп сдержанно. — Если тебе от этого будет легче, считай, что они победили.