Мой личный враг

Сразу стало нечем дышать, потому что она уже поняла — это именно та папка, которую они безуспешно пытались найти в раскуроченной Ваниной машине…

Александра бросилась в комнату, нетерпеливо спихнула с дивана кучу Филипповых свитеров и дрожащими руками вытряхнула содержимое папки.

Дискета была нема и черна — никаких надписей. На кассете — профессиональной, не общеупотребительной — почерком Вешнепольского было написано: «Алексею Глебову», — и больше ни слова.

Оказывается, она стояла возле дивана на коленях, потому что, увидев надпись, быстро села на пол.

Ванька все перепутал.

Вот в чем дело.

В угаре того страшного вечера, когда он тащил ее вместе со злополучным хлебным пакетом в свою машину, он по рассеянности сунул эту папку не в бардачок, а в ее пакет, который сам же и нес. А она потом неизвестно зачем запихнула ее в шкаф, к которому не прикасалась со времени развода. Филипп занял его своими вещами, их было очень много, и за ними затерялся задвинутый к стене пакет с заплесневелым хлебом.

Александра поднялась и пошла на кухню. Налила себе попить.

Это лежало на диване, безмолвно и угрожающе.

Нужно звонить.

Но куда? Куда?!

Алексей Глебов — вице-премьер по делам национальностей. По слухам, хороший Ванькин друг, у которого он не раз получал и подтверждал информацию. К нему не прорваться. Если бы она все еще работала в «Новостях», можно было бы придумать какое-нибудь интервью. Хотя организовать интервью с человеком такого уровня — дело непростое и, главное, не быстрое.

Доверить эту папку кому-нибудь из друзей, кто мог бы такое интервью сделать, нельзя.

Нет, нельзя.

Но при чем здесь Глебов? Значит, все-таки Вешнепольский не просто попал в плен, что-то тут было… Или это никак между собой не связано и кассету Ванька приготовил в каких-то других целях?

У Александры заболела голова — всегдашний признак внезапного и сильного выброса адреналина в кровь.

«Думай! — приказала она себе.

"Итак, есть папка, есть адресат и нет возможности ее передать. Значит, угрозы, выстрелы на пустой даче, Манино изрезанное пальто — все не случайно. Не было никакого затишья, было ожидание — кто шевельнется первым. Как на охоте.

Александра ходила по комнате. Елка тонко подрагивала серебряным «дождем» и цепляла Александру колючей лапой.

Александра сунула в карманы ледяные влажные руки.

«Думай, думай, — мысленно твердила она.