Некурящий - 5

Глупышка, думает, что я не увижу, как она предупреждающе мотает головой. Тот факт, что я зол, не лишает меня наблюдательности. Да и эмоции меня переполняют ровно настолько, чтобы подстегнуть к действию, а не заставить потерять разум... Полностью. Изменения, конечно, идут, но это как скольжение на грани. Основа демонического боя с Кай. Теперь-то понятно, почему в этой системе такое огромное значение придается эмоциональному контролю. Повторюсь, не сокрытию чувств, а работе с ними.

– Еще раз. – Негромко потребовал я, после недолгого раздумья.

– А стоит ли? – Переспросил приехавший ближе к полуночи Олегыч. – Главное мы и так узнали. Нужно ли тебе нервы трепать?.. Тем более, скоро тебе придется..."

"Есть такое свойство у здоровой психики – умение ставить точку. То есть, не пытаться объяснять некоторые вещи ни себе, ни другим. Как говорит одна моя старая подруга: ""Если кому-то надо что-то объяснять... То, может, и не надо вовсе?!"".

– Еще раз. – Не меняя интонации потребовал я, перебив представителя Конторы.

В первый раз я прослушал запись в той самой ""терапевтической позиции"". Входящую информацию оценивал исключительно по ее релевантности, а не эмоционально. Все что нужно и можно было полезного из нее я извлек. Теперь же хотел просто услышать родной голос.

Старик посмотрел на эльфийку. Та на меня. Син переводила взгляд с одного на другого.

Наконец ушастенькая выдала свой вердикт – пожала плечами. Вроде как добро дала. Оценила, что мне это не повредит.

Представитель Конторы подвинул ко мне компактный ноутбук. Я несколько разу ударил по тачпаду.

– Голову аккуратнее, ниже, ек тебя! Так, села! – Скомандовал слегка нервно мужской голос, который для себя я обозначил просто ""Первый"".

Все-таки не соврал Шулько нашлись те самые ""черные ящики"". И они действительно писали все.

Раздался довольно громкий шорох, словно кто-то неловко устраивался в салоне.

– Все, села, замолкла! – Потребовал Второй раздраженно.

Отчего-то голос его было сложно назвать спокойным и уверенным. Словно все происходящее ему очень сильно не нравилось.