Нелюбимая

Я растерянно глянула на толпу, но никто подойти не решился. Впрочем, ничего удивительного. Никто не хотел быть причастным к конфликту, который завтра непременно прополощут все «желтые» газетенки.

Я подошла к Герману, его уже вывели на задний двор, чтобы дать остыть. Но, похоже, что мой муж всё еще был на взводе. Наверное, именно из-за своего взрывного темперамента у Германа и возникает большинство проблем. В пылу гнева он чаще всего совершает ошибки.

— Зачем ты это сделал? — осторожно спросила я, пока муж разминал руку с припухшими от удара костяшками.

 — Да еще и на вечере, когда вокруг столько людей, — я тяжело вздохнула.

— Только ты не начинай, — психованно проговорил Герман, нахмурившись.

— Не злись, я же ни в чем не виновата, — я попыталась прикоснуться к мужу, но он не позволил. Отшатнулся, будто от прокаженной и отвернулся.

— Просто оставь меня в покое, — Герман запустил пальцы в волосы и походила туда-сюда, стараясь прийти в себя.

— Давай поедем домой, — предложила я, немного помолчав. — И оставлять тебя в покое не собираюсь, потому что я твоя жена.

Не знаю, какая муха тебя укусила. Да, не спорю, брат этот твой не самое приятное впечатление производит, но тебе не следовало вестись на его идиотские провокации. Ты же не подросток, Герман. Уважаемый человек всё-таки. Зачем тебе лишние сплетни и проблемы с прессой?

— Арина! — рявкнул Герман и резко повернулся ко мне. Я от такого обращения вздрогнула и отступила назад. — Ты ничего не понимаешь, ясно? Так что не надо меня здесь жизни учить.

Я справлялся с кучей разных проблем, когда ты еще пешком под стол ходила.

— Вот как? — я изумленно посмотрела на Германа. — Так почему же тогда женился на мне, раз уж я ничего не понимаю? Умный, взрослый… Так и нашел бы себе под стать, — конечно, сейчас ссора — это последнее, что нам нужно, но я вдруг так возмутилась.

— Арин, я не то хотел сказать, — вымученно произнес Герман.

— Да-да, а как же, — оправдания мужа сейчас выглядели уж очень смехотворно. — Идем, думаю, хватит с нас светских раутов.



9.

Когда мы вернулись дамой, мало что изменилось. Герман всё равно никак не мог успокоиться. Я решила, что будет лучше, если действительно не трогать его какое-то время. Может, перебеситься и сам расскажет, почему так остро, я бы даже сказала, болезненно-ненормально реагирует на собственного брата. Чутье буквально вопило о том, что такая бурная неприязнь, настоящая ненависть никак не связана с финансовыми делами. Во всяком случае, это не история Германа.