Недотрога для дракона. Боевая академия (СИ)

А может, поссорился с ректором?

Это вполне вероятно.

Вчера, пользуясь тем, что Тэйран занят пробежкой, я поспешила незаметно уйти. Если он меня увидит — уже не отстанет. Будет опять докапываться до платья или снова придумает способ как-нибудь меня унизить.

Оно мне надо?

Освежившись, возвращаюсь в комнату и открываю настежь оконные створки. В воздухе ещё стоит крепкий запах красного вина. Чувствую, пробуждение у девчонок будет не из приятных.

Я оказываюсь права.

— Никогда! — жалобно стонет Ирис, сползая с кровати на пол.

На лице соседки ещё видны следы вчерашнего веселья — тушь, размазанная под глазами, а губы хранят на себе остатки малиновой помады.

У Амариллис дела обстоят получше. Потрогав залакированную причёску, она хрипло шепчет:"

"— Воды! Умоляю.

Укоряющие цокнув языком, я наливаю им по стакану холодной воды из графина, куда добавляю несколько капель бодрящего зелья. Похмелье не снимет, но они хотя бы смогут прийти на утреннее построение.

— Мне пора, — коротко информирую подруг, ползающих по комнате как две сонные мухи.

— Да ладно, — машет рукой Амариллис, перекидывая через плечо большое полотенце. — Вы вчера так жарко танцевали, я уж думала, он на тебя при всех набросится.

— Подтверждаю, — стонет Ирис с улыбкой мученицы. — Из вас могла бы получиться красивая пара.

— Меньше разговоров, больше телодвижений, — бросаю им вслед, не испытывая ни капли сочувствия.

Надо было знать меру.

— Сердца у тебя нет! — Мари с надрывом кричит мне вслед, но я уже бегу по коридору и совсем скоро понимаю, что моя поспешность выходит боком.

Даже Каллахана не видать.

А не, вон, идёт. Ещё и свежий как огурчик.

Бесит.

— Неужели? — вместо приветствия выдаёт Каллахан, кривя губы в ехидной улыбке. — Так по мне соскучилась, что прибежала впереди всех?

— И тебе не хворать, — мрачно цежу сквозь зубы.

Каллахан расхаживает взад-вперёд передо мной, засунув большие пальцы под широкий ремень брюк.

Хоть сейчас рисуй с него портрет и вешай на воротах академии с подписью “Самый прилежный куратор.”

И в противовес безукоризненному Каллахану, нестройной толпой поднятых из земли мертвецов, шатается и воет наша группа, показавшаяся на горизонте.