Нечестивцы

Я отдам тебе сердце.

— Тебе нужно было всего лишь родить мне сына.

— Но как я его рожу, если ты не приходишь ко мне?

— Твое время закончилось, Авра. Я думаю, ты и сама это знаешь. Займись домом, займись собой и не вынуждай меня отправить тебя подальше.

— Что я сделала не так? Чем прогневила тебя? Я готова исправиться, я готова понести любое наказание…или ты так наказываешь меня?"

"— Ты не прогневала меня. Ты просто мне надоела.

Отодвинул ее в сторону, чтобы выйти из комнаты…потому что все мои мысли были о маленькой, сочной блондинке, которая сидит в своей спальне и…конечно же всеми фибрами душим не ждет и не хочет меня.

Зато я ее пиздец как хочу. И, естественно, получу.

— Славянка никогда не даст тебе того, что даст чеченка! — выпалила позади меня, — Она не любит тебя, она не покорна, она…она предаст тебя при первом же удобном случае.

— Авра…иди к себе. Не зли меня. Иначе завтра тебя уже здесь не будет!

Вышел из комнаты и направился к Карине, отчеканивая каждый шаг и предвкушаю встречу.

Рыдания Авры меня совершенно не тронули. Женщины любят рыдать по поводу и без. Пусть порыдает. Если продолжит мне надоедать уедет из дома.

***

Я понимал, что в чем-то подвох. Не то что понимал, а стопроцентно знал. Эта вороновская шлюшка что-то задумала не просто так она вдруг накрасилась и вертела передо мной задом.

Что это? Что за лживая игра в соблазнение? Наклонил голову к правому плечу, хрустнув позвонками и наблюдая как она стирает помаду, глядя в зеркало. Блондиночка.

Такая сочная, яркая, такая …соблазнительная и стервозная дрянь. Играет вечно в святую невинность. Как будто не она мне не целкой досталась.

Вспоминаю свой момент адского разочарования и понимания, что оплошал, что сделал ставки не на ту, что меня облапошили. Я чувствовал себя обманутым, чувствовал как будто мне выкрутили мозги и наебали меня по полной программе. Скорее я не мог ей простить ее рваной целки, чем того, что она дочь Воронова.

Но вместе с тем она мне нравилась.

Адски, дико, бешено нравилась. Еще никогда меня так не перло от женщины, никогда не одолевал такой сумасшедший стояк. И это при том, что ни одно наше совокупление не произошло по ее воле. Нет, она не сопротивлялась. Никогда.

И не потому что хотела меня, нет. Скорее, потому что всегда боялась и пыталась скрыть этот страх. Я списывал его на ее презрение ко мне и ненависть.

Но она мне нравится…Даже ее вот эта строптивость и смиренно-бунтарская покорность.