Мое проклятие

Как это понимать? Что означают слова старухи и что, в конце концов, ей известно? Хотелось развернуться и, наплевав на все остальное, немедленно потребовать объяснений. Но мне не дали этого сделать.

— Пора, сирра. Нельзя заставлять господина ждать!

Настойчиво подтолкнули вперед, заставляя переступить порог, и за спиной бесшумно закрылись высокие резные двери."

"Светлая бело-голубая столовая с широкими окнами, высоким расписным потолком и длинным овальным столом посередине была пуста. Не успела удивиться, как откуда-то сбоку раздалось негромкое:

— Иди сюда, Кателлина!

Повернулась на звук голоса и увидела Крэаза.

Одетый в неизменно черный костюм, сиятельный стоял возле распахнутых настежь боковых дверей, за которыми виднелась просторная терраса.

— Кэти! — нетерпеливо повторил он.

Прерывисто вздохнула, двинулась к мужчине, но остановилась, не решаясь подойти вплотную. Он сам сделал пару быстрых шагов, вмиг оказавшись рядом. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга.

Потом Савард медленно, будто нехотя, поднял руку и дотронулся до моего лица. Ласково погладил по щеке, щекоча нежными прикосновениями кожу, скользнул по шее к плечу.

— Здравствуй, Кэти, — ладонь, сжавшая мои похолодевшие пальцы, была твердой и удивительно горячей.

— С возвращением домой, господин… Крэаз.

Скривился.

— Достаточно «господина», Кателлина.

Угу. Не надо этих формальностей, называйте меня Бог, просто Бог. Скромно-то как!

Мужчина слегка потянул за руку, и я, подчиняясь, прошла следом за ним на террасу, где уже был сервирован к обеду накрытый белоснежной скатертью стол.

Откуда-то неслышно появился слуга с явным намерением помочь устроиться. Но Савард не позволил — сам отодвинул для меня стул и только потом занял свое место. Нам предложили сделать выбор, наполнили тарелки, после чего с поклоном удалились. Видимо, планировалась приватная трапеза. Без присутствия посторонних.

Ситуация смущала, напрягала и, что уж говорить, раздражала.

Чтобы хоть чем-то заняться, уставилась в тарелку, с деловым видом изучая ее содержимое. Не помогло.

— Ты стала совсем другой, Кэти, — протянул сиятельный, едва я поднесла вилку ко рту.

Да что ж такое! И так-то кусок в горло не лез, а теперь и вовсе есть расхотелось. Покосилась на мужчину. Тот, поблескивая глазами, внимательно рассматривал меня.

— Вы видели умирающую, отлученную от рода девушку. Теперь я немного отдохнула, успокоилась, пришла в себя.