Роковой подарок

– Так мы таких набёрем, чтоб не ухаживать!

– А такие бывают?

Тётка засмеялась:

– Ещё как! Нужно только места знать, где брать! И куда садить! А нам все здешние почвы известные!

Маня отправилась дальше. Душа у неё ликовала и пела, недаром Алекс утверждал, что она «примитивная» и её радует любая чепуха! Сейчас поводов для ликования было полно: мало того, что весна и кругом всё цветёт, что мальчишка так сосредоточенно копается в кустах, «занимается селекцией» и даже бестолковая Плешакова поняла, как именно следует подкапывать корешки, так ещё можно добыть цветочной рассады, которая обязательно вырастет!

Маня шла, улыбалась и прикидывала, куда они с Лёлей посадят цветы.

Вспомнив о своём деле, Маня заторопилась.

Вот и розарий – странное дело, но здесь уже вовсю цвели розы, несмотря на неподходящее время, и пахло упоительно.

Идти было не близко. Должно быть, для тех, кто здесь работал и учился, эти расстояния ничего не значили, а для городской писательницы – очень даже значили!

До теплиц Маня еле доволоклась, устала, и ушибленная вчера нога мешала.

…Что такое с этой ногой, вечно она в какие-то передряги попадает! И всё время одна и та же, левая!..

– Простите, пожалуйста, – окликнула Маня какую-то девчонку. – Как мне найти профессора Шапиро?

– Так он в теплице.

Маня кивнула – в самодеятельности, это уж точно!

– Проводить вас?

Маня окинула взором бесконечные ряды теплиц и согласилась – в одиночку она, пожалуй, не разберётся.

Они долго шли вдоль рядов самых настоящих деревьев, которые росли под стеклянными крышами, – девчонка энергично, Маня ковыляла кое-как.

Потом начался кустарник.

– Далеко ещё? – пропыхтела Маня.

– Нет, совсем рядом! Он наверняка в гибридах!

Наконец миновали и кустарники.

Впереди замаячила синяя дощатая будочка.

– Мы сейчас спросим, – пообещала девчонка, а Маня подумала, что обратно точно не дойдёт, придётся ей тут где-нибудь ночевать.

Девчонка распахнула дверь будочки и позвала:

– Ефим Давидович, вы здесь? – и прислушалась. – Ефим Давидович!

Маня тяжело дышала, ей было невыносимо жарко. В теплицах царили жара и влажность.