Роковой подарок

 – Но как быть-то? Её же спасать надо!

– А чего, некому спасать, кроме тебя? Адвокаты всякие не справляются?

– Понятия не имею, – призналась Маня. – Вы их хорошо знаете, Максима и его жену?

– Максим мне хозяин, а не друг, – буркнул Сиротин. – А Женька на стрельбище приезжала, просто так, побаловаться. Хорошая она баба. Добрая и толковая.

– Ну, ну, – поторопила Маня.

– Баранки гну! Но она уже давно не ездит. С той поры, как он девок сюда стал таскать.

– Девок? – переспросила немного опешившая Маня.

…Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!.

– Я его с одной сам видел, – продолжал Сиротин злобно. – Не, ну всякое бывает, шашни разные! Крути, никто ж не запрещает! Но народу-то показываться зачем?! Макса тут каждая собака знает, и жену его тем более!.. Ну, мы-то ничего, мужики, в смысле, а бабы все на дыбы! И языками чесать!

– Какие бабы?

– Наши, какие ещё! Официантки, администраторши! И те, которые в спа работают! Они же все Женьку любят! А Макс… губастую привёз, молодую!.

– Не надо, – согласилась Маня. – А… как её зовут? Губастую?

Сиротин пожал плечами.

– На стрельбище повёл! – добавил он с презрением. – Так она ни одной мишени не выбила! Оно и понятно, сразу видно – дура.

Маня позабавила логика тренера. Раз не выбила ни одной мишени, стало быть, дура.

Тут вдруг Маня вспомнила и спросила:

– На ней не было украшений? На дуре?

– Чего-о-о?!

– Таких приметных украшений, – заторопилась Маня.

– Да не рассматривал я ни бриллиантов, ни изумрудов! Отстрелялись, и я к себе ушёл!

– Максим с ней один раз приезжал?

– Я только раз видел, а мужики говорили, что… приезжал, короче, да.

– И как зовут, не помните?

– Да за каким хреном мне запоминать-то? Сегодня эта, завтра следующая! Вот жена – другое дело, жена постоянная должна быть. А шлюшки эти, кто их по именам знает!.

…Н-да, подумала Маня. Их никто не запоминает, по именам не знает, но приходит время, они занимают места старых жён и тоже становятся постоянными. А уж там как пойдёт.

Странные люди, эти мужчины… Да и люди ли?…

В особняк «Регионстальконструкции» Маню пропустили легко – её всегда и везде пускали, как она выражалась, «по физиономии лица».

Однако Романа Сорокалетова на месте не оказалось.

– Уехал, – доложила секретарша Инга. – Сказал, до конца дня.